Читаем Смертный грех полностью

Через неделю Руслан стоял ранним утром в аэропорту Пулково возле стойки регистрации, дожидаясь отца Александра. У него была мысль сообщить о своих планах дочери, но звонить не хотелось, а текст сообщения как-то не складывался. А может, и обида за ее слова про испорченную жизнь матери сказывалась.

Батюшка вскоре появился. Руслан не сразу узнал его: тот был в цивильной одежде и больше походил на доброго дедушку, а не на священнослужителя.

— Здравствуйте, Ростислав, — назвал он Руслана его церковным именем и протянул руку.

— Здравствуйте, отец Александр. — Руслан пожал поданную руку.

Они сдали в багаж две коробки, нагруженные заказанными монастырем принадлежностями. Руслан оплатил стартер к генератору, а батюшка взял на себя траты поменьше. Через час они летели над Ладожским озером в маленьком самолете региональных авиалиний. Погода стояла хорошая, так что Ладога была как на ладони.

— Раньше я очень любил на Валаам и Коневец ездить. Но теперь больно там туристов много стало. А где туристы, там сложно сосредоточиться, душевное спокойствие обрести. Шум, гам, музыка, коммерция… — откровенничал отец Александр.

Руслан молчал, стараясь не сморозить какую-нибудь нечаянную глупость. В молодости они с женой плавали в круиз на Валаам, но он запомнил только долгую дорогу от пристани до монастыря и отвратительную водку в баре корабля.

— А вот у отца Димитрия в обители тихо, — продолжал отец Александр. — Туристов почти нет, паломники бывают только летом, да и то нечасто, так что от молитв ничего не отвлекает.

— А отец Димитрий это главный в монастыре? Вы же говорили про Иоанна? — отважился на вопрос Руслан.

— Отец Димитрий — это настоятель. Архимандрит! Не простой игумен, — с ноткой уважения проговорил отец Александр. — Все на нем. У него голова про все болит. И про стройку, и про братию. Да и с властями надо как-то договариваться. А старец Иоанн схиму принял, отрешился от всего мирского, молится все время, поэтому Бог его слышит.

— Теперь понял. А архимандрит это что значит? — Руслан не особо понял про схиму и архимандрита но решил все же разобраться.

— Ну как генерал-майор по-вашему. До революции это был ранг действительного тайного советника. Архиепископ — это как генерал-полковник. У него целая епархия в подчинении.

— А генерал армии кто же в вашей иерархии?

— Это, пожалуй, митрополит. У него считай целый округ в подчинении. Вот у нас митрополит Санкт— Петербургский и Ладожский.

— А у вас, отец Александр, какое звание?

— Подполковник, я думаю, — улыбнулся отец Александр. — Я протоиерей всего-навсего. Это как коллежский советник. Больше уже не вырасти.

— Почему? Академию надо закончить?

— Да нет. Академию я как раз закончил. Сразу после семинарии. Не вырасти, потому что я из белого духовенства. Не монах. Матушка у меня есть. Жена священника так называется, — добавил отец Александр, видя непонимание в глазах Руслана.

— Как все непросто.

— Это я еще тебе про ставропигиальные монастыри не рассказал и благочиния, — улыбнулся батюшка.

— Да уж и так информации через край. А вы мне лучше про старца Иоанна расскажите.

— Ну, это легендарный человек. Он профессором был, преподавал что-то в МГУ. Потом приник к церкви — духовную академию закончил, стал иеромонахом. Ну, в священники его рукоположили, значит, — пояснил батюшка Руслану, видя непонимание в его глазах. — Но карьеру делать не стал. Так в монастыре и жил. В скиту молился постоянно. Схиму великую принял, стал иеросхимонахом. Это такая высшая форма монашества. Послушаний у него других нет больше, только молитва. Сейчас вот совсем плохо видеть стал. Катаракта на обоих глазах. Но оперировать ее не хочет. Говорит, я, мол, уже все увидел. К тому же врачи боятся, что он не перенесет наркоза. Слабенький, ветхий он уже. Но мудрый. И благодать от него исходит. Вроде простые вещи с тобой обсуждает, а уходишь от него и на душе легко.

— А чудеса он какие-нибудь совершал? — Руслан в свое время посмотрел фильм «Остров» с Петром Мамоновым в главной роли и представлял себе монаха-старца неким волшебником.

— Я лично чудес не видел. Но, говорят, многие люди после его наставлений исцелялись и жизнь новую начинали. За себя могу сказать: когда он за меня помолится, все налаживается. Сам все увидишь… — Батюшка вздохнул и посмотрел в иллюминатор.

Вскоре пилот объявил, что они заходят на посадку.

В аэропорту Архангельска их встречал пузатый, осанистый монах по имени Спиридон. Было ему не больше пятидесяти лет, но за счет лишнего веса выглядел он гораздо старше и солиднее. Внешность его довершала окладистая рыжеватая борода. «На купца похож…», — подумал Руслан.

— Это казначей монастыря. За казну, за хозяйство, за снабжение отвечает, — шепнул отец Александр Руслану.

— Здоровеньки! — с сильным южнорусским акцентом поприветствовал их монах.

— Как вы спасаетесь, брат Спиридон? — поинтересовался отец Александр, обняв его.

— Бог милует. — С этими словами монах, расцеловавшись с отцом Александром, протянул руку Руслану.

— Руслан. Или Ростислав. Как правильно?

Руслан взглянул на батюшку.