Читаем Смертницы полностью

– На кону стояло гораздо больше, чем вы себе представляете, – вмешалась Глассер. – Речь шла не только о пяти женщинах. Мы должны были обеспечить секретность более масштабного расследования. Если бы мы вступили в игру раньше времени, о секретности можно было бы забыть.

– И вот теперь пять женщин мертвы.

– Думаете, я этого не знаю? – Исполненная страдания реплика Глассер поразила присутствующих. Она резко встала с кресла, подошла к окну и взглянула на огни города. – Знаете, что Америка ни в коем случае не должна была продавать в Россию? Всего одну вещь – но как бы я хотела, чтобы она там никогда не оказалась. Я говорю о фильме «Красотка». Ну, знаете, с Джулией Робертс. Проститутка в роли Золушки. В России этот фильм просто обожают. Девушки смотрят его и думают: «Вот поеду в Америку и встречу Ричарда Гира. Он женится на мне, и я буду жить с ним богато и счастливо». Пусть даже девушка подозревает подвох и сомневается в том, что в Штатах ее ждет легальная работа, она все равно надеется: «Вот обслужу нескольких клиентов, а потом объявится Ричард Гир и спасет меня». И вот она садится в самолет и летит в Мехико. Оттуда пароходом добирается до Сан-Диего. Или же здешние дельцы переправляют ее на машине через границу. Если она блондинка и говорит по-английски, это вообще не проблема. Иногда ее ведут через границу пешком. Она думает, что скоро заживет жизнью Красотки. Но вместо этого ее покупают и продают как кусок мяса. – Глассер обернулась и посмотрела на Джейн. – Вы знаете, сколько может заработать сутенер на красивой девушке?

Джейн покачала головой.

– Тридцать тысяч долларов в неделю. В неделю! – Глассер снова отвернулась к окну. – Никакие пентхаусы и Ричарды Гиры вас не ждут. Вас сажают под замок в доме или квартире, за вами наблюдают настоящие монстры этого бизнеса. Только в женском обличье. Они обучают вас, насаждают дисциплину, ломают вашу психику.

– Жертва номер пять, – подсказал Габриэль.

Глассер кивнула:

– Мамаша. Так называемая.

– Ее убили те, на кого она работала? – спросила Джейн.

– Когда плаваешь с акулами, будь готов к тому, что тебя покусают.

«Или к тому, что тебе раздробят кисти рук, – подумала Джейн. – Наказание за проступок, предательство».

– Пять женщин убиты в том доме, – сказала Глассер. – Но пятьдесят тысяч других по-прежнему томятся в заточении в нашей свободной стране. Их насилуют мужчины, которым нужен только секс и дела нет до страданий какой-то там шлюхи. Мужчины, которым наплевать на тех, кем они пользуются. Возможно, такой мужчина возвращается домой к жене и детям, играет роль примерного семьянина. Но через несколько дней или недель он опять идет в бордель, чтобы трахнуть девочку – ровесницу его дочери. И ему никогда не приходит в голову, что, глядя в зеркало, он видит перед собой чудовище. – Голос Глассер опустился до шепота. Она глубоко вздохнула и потерла рукой затылок, словно пытаясь таким образом снять накопившуюся ярость.

– Кем была Алена? – спросила Джейн.

– Ее полное имя? Вероятно, мы никогда этого не узнаем.

Джейн перевела взгляд на Барсанти:

– Вы следовали за ней до самого Бостона и так и не узнали ее имени?

– Но мы узнали о ней другое, – ответил Барсанти. – Мы знали, что она свидетель. Она была в том доме в Эшбурне.

«Вот оно, – подумала Джейн. – Связь между Эшбурном и Бостоном».

– Как вы узнали об этом? – поинтересовалась она.

– По отпечаткам пальцев. Эксперты собрали на месте преступления десятки неидентифицированных отпечатков. Они не соответствовали отпечаткам пальцев жертв. Возможно, их оставили клиенты борделя. Но один комплект отпечатков совпал с пальчиками Алены.

– Минутку, – вмешался Габриэль. – Бостонская полиция сразу же отправила отпечатки пальцев Алены в СИВС[4]. Никакого соответствия обнаружено не было. И в то же время вы говорите, что ее отпечатки оказались на месте преступления в январе? Почему тогда СИВС не дала нам никакой информации?

Глассер и Барсанти переглянулись. Их красноречивые взгляды были ответом на вопрос Габриэля.

– Вы не передавали ее отпечатки в СИВС, – ответил за них Габриэль. – Этой информацией могла бы воспользоваться бостонская полиция.

– Ею могли воспользоваться и другие, – возразил Барсанти.

– Черт возьми, кто эти другие, о которых вы все время говорите? – вмешалась Джейн. – Я была заложницей этой женщины в больнице. К моей голове было приставлено дуло пистолета. Вы хотя бы немножко думали о заложниках?

– Конечно думали, – заявила Глассер. – Но мы хотели, чтобы все вышли оттуда живыми. В том числе и Алена.

– Прежде всего Алена, – добавила Джейн. – Поскольку она была вашим свидетелем.

Глассер кивнула:

– Она видела то, что произошло в Эшбурне. Вот почему те двое появились в больничной палате.

– Кто их послал?

– Мы не знаем.

– У вас есть отпечатки пальцев человека, которого она застрелила. Кто он?

– Этого мы тоже не знаем. Он бывший военный, а Пентагон не дает сведений о своих.

– Вы же Департамент юстиции. И даже вы не можете получить доступ к этой информации?

Глассер отошла от окна и села в кресло напротив Джейн.