Джейн перешла в противоположный угол, к одинокому окну, в которое проникали последние лучи заходящего солнца. На этом окне не было решеток; да они и не были нужны. Она подняла оконную раму и, высунув голову, увидела узкий карниз, за которым стена резко обрывалась. Да, этот путь к бегству только для самоубийцы. Она захлопнула окно и замерла, глядя на лес.

Словно светлячок вспыхнул среди деревьев.

– Габриэль!

– Просто здорово. Еще одна мертвая белка.

– Там снаружи что-то есть.

– Что такое?

– Там, в лесу.

Габриэль подошел к жене, остановился рядом и вгляделся в сгущающиеся сумерки.

– Где?

– Я секунду назад видела что-то.

– Может, машина проехала. – Он отвернулся от окна и пробормотал: – Проклятье! У меня батарейки на исходе. – Он с силой потряс свой фонарик. Свет вспыхнул ярче, потом снова стал угасать.

Джейн все смотрела в окно на лес, который, казалось, все плотнее обступал их со всех сторон, превращая в пленников этого дома с привидениями. Мурашки пробежали у нее по спине. Она повернулась к мужу:

– Я хочу уехать.

– Нужно было заменить батарейки еще до отъезда…

– Прямо сейчас. Ну пожалуйста.

Он наконец уловил беспокойство в голосе жены.

– Что такое?

– Я не думаю, что это машина.

Габриэль снова повернулся к окну и некоторое время просто стоял возле него. Загораживая своей мощной фигурой скудный источник освещения полутемного чердака. Его молчание еще больше взволновало Джейн, и сердце забилось сильнее.

– Хорошо, – тихо согласился он. – Поехали.

Они спустились по веревочной лестнице и вернулись в коридор, прошли мимо спальни с забрызганным кровью чуланом. Потом спустились по лестнице, деревянные ступени которой до сих пор отзывались эхом ужаса. Пять женщин уже умерли в этом доме, и никто не слышал их криков.

«Не услышат и наших».

Они толкнули входную дверь, вышли на крыльцо.

И застыли на месте, ослепленные ярким светом. Джейн подняла руку, чтобы защитить глаза. Она слышала, как скрипит гравий под чьими-то ногами, с трудом различая контуры трех темных фигур, которые неумолимо приближались к ним.

Габриэль вышел вперед и заслонил ее собой. Все произошло так быстро, что она даже не успела понять, как получилось, что его широкая спина заслонила ее от света.

– Не двигайтесь с места, – скомандовал голос.

– Могу я узнать, с кем я говорю? – осведомился Габриэль.

– Назовите себя.

– Только после того, как вы уберете свет.

– Ваши удостоверения.

– Хорошо. Хорошо, сейчас достану, – пообещал Габриэль. Голос его оставался спокойным. Рассудительным. – Я без оружия, моя жена тоже. – Он медленно достал из кармана бумажник и протянул его вперед. Тут же его схватила рука невидимки. – Меня зовут Габриэль Дин. А это моя жена Джейн.

– Детектив Джейн Риццоли, – добавила она. – Бостонское полицейское управление. – Она зажмурилась, когда луч фонаря вдруг ударил ей в лицо. Она не видела этих людей, но чувствовала на себе их изучающие взгляды. И страх внезапно сменился злостью.

– Что здесь делает бостонская полиция? – спросил мужчина.

– А что здесь делаете вы? – выпалила она.

Она не рассчитывала получить ответ; она его и не получила. Мужчина вернул Габриэлю бумажник, потом махнул своим фонариком в сторону темного седана, припаркованного рядом с их машиной.

– Садитесь. Вам придется проехать с нами.

– Зачем? – спросил Габриэль.

– Нам нужно проверить ваши документы.

– Мы должны лететь назад в Бостон, – возразила Джейн.

– Придется отложить отъезд.

28

Джейн сидела одна в комнате для допросов и, уставившись на свое отражение в зеркальной перегородке, думала: «Как же противно находиться по эту сторону стекла». Вот уже час она провела здесь, время от времени подходя к двери и проверяя, не открылась ли она ни с того ни с сего. Разумеется, их с Габриэлем посадили в разные комнаты; это обычный порядок, она и сама так делала, когда проводила допросы. Но в остальном ситуация была для нее новой и совершенно непривычной. Мужчины, арестовавшие их, так и не представились, не предъявили удостоверений, не назвали ни своих званий, ни серийных номеров. С таким же успехом они могли быть Людьми в Черном, защищающими Землю от отбросов Вселенной. Они провели сюда своих пленников через подземный гараж, так что Джейн понятия не имела, на какое управление они работают. Поняла только, что здание, в котором они находятся, расположено где-то в Рестоне.

– Эй! – Джейн встала и постучала в зеркальную стену. – Между прочим, вы даже не зачитали мои права. К тому же отобрали у меня сотовый телефон, и я не могу позвонить адвокату. У вас будут неприятности, ребята.

Ответа не последовало.

Груди опять разболелись, и Джейн чувствовала себя коровой, нуждающейся в дойке, но не станет же она задирать перед ними рубашку и сцеживаться. Она постучала в зеркало, на этот раз сильнее. Она уже не испытывала страха, поскольку знала, что эти ребята из правительственной службы просто упиваются своей властью, пытаясь запугать ее. Она знала свои права; как полицейский, она всегда следила за соблюдением гарантий прав преступников, а уж за себя тем более была готова постоять.