Читаем Смертельный дар полностью

— Полночь. Пора ночного колдовства. Ведьмовское время. Шон скоро вернется. Мне надо быть у себя в комнате. И приглядеть за ним.

Он не мог броситься следом за ней в чем мать родила. Выбора не было, и Зак позволил ей уйти.

— Ну разве не великолепно они играли? — спросила Кэт, опустив голову на плечо отца.

Он сжал ее руку.

— Спасибо, что пригласила меня. Я прекрасно провел время.

— Спасибо, что пошел, — искренне сказала она ему.

Отец смотрел в окно на рождественские огни, все еще держа дочь за руку.

— Помнишь, когда ты была помладше и только начинала свою музыкальную карьеру, ты играла мелодии в стиле транс, чем практически сводила меня с ума. И еще хип-хоп.

Она рассмеялась:

— Папа, я и сейчас временами играю…

— Но твой талант стал более зрелым. Горизонты расширились. Ты любишь самую разную музыку, и если мне даже что-то не нравится, я могу принять то, что ты делаешь. То же — и с моим отношением к людям… Аманда…

— Пожалуйста, папа, прекрати. Перестань. Я принимаю твой брак с ней, но просто не могу вообразить… Пап, она тебе не подходит. Я не ревную из-за того, что она молода, и для меня не имеют значения деньги, ты знаешь.

Он рассмеялся:

— Конечно знаю. Когда ты была еще совсем маленькая, ты мне сказала: «Я сама буду зарабатывать деньги. Мне не нужны твои». У тебя замечательная работа.

— Благодаря Заку. Жаль, что его не было с нами сегодня вечером.

— Он постоянно на чем-то сосредоточен. Ты заметила? Или на музыке, или на расследовании. Или одно, или другое. Одновременно — никогда. Он прибегает к музыке, чтобы очиститься, прийти в себя после каждого тяжелого дела. — Шон вздохнул. — Но вернемся к теме нашего разговора. Аманда — моя жена, даже если это делает меня старым дураком.

Кэт отошла, ошеломленная.

— Ты имеешь в виду, что ты согласен со мной и Аманда…

— Кэт, не допускай даже мысли о том, что я согласен с тобой, потому что это не так. Просто хотя бы потому, что я понял: Аманда… она не… ну, она может быть грубой, она поверхностна, и сам я думаю какими-то другими частями тела, а не мозгом, все же она не злое человеческое создание.

Странно, что он выбрал слово злое, подумала она. Следовало сказать — плохое, то есть она не плохое человеческое создание.

Это всего лишь слово.

— Почти приехали, — радостно объявил Том. — Через несколько минут будем дома.

Кэт пыталась разгадать выражение лица своего отца, но он отвернулся, снова разглядывая рождественскую иллюминацию.

— Аманда стала намного милее с тех пор, как произошел инцидент с черникой, — сказала Кэт, стараясь тоже казаться милой.

— Она уже столько времени сидит взаперти в нашей комнате. Это да. Я сам почти не видел ее в последнее время, — произнес Шон. — Нам всем надо как-то продержаться, что ли. В ожидании.

— В ожидании чего?

— Когда найдут Эдди.

Том остановился прямо перед домом, чтобы они вышли. Кэт поблагодарила его и выбралась из машины, чтобы протянуть руку отцу и помочь ему выйти.

— Спасибо, котенок, — сказал он и поцеловал ее в макушку. — Вечер был прекрасный.

Шон направился к дому, и Кэт последовала за ним.

Но вдруг она застыла на месте. Повсюду были птицы.

Они летали высоко над крышей и устремлялись вниз, подобно стервятникам. Это были стервятники? Она прищурилась и вгляделась в ночное небо, стараясь определить, что же это за птицы. Нет, не стервятники. Большие, но не настолько. Их черные силуэты выделялись на фоне темного ночного неба. Они странно кружились, то взмывая ввысь, то опускаясь совсем низко.

Кэт вспомнила птицу, сидевшую за ее окном, и внезапно ее охватила паника.

— Папа! — закричала она и бросилась ему вдогонку.

Он подождал ее, и девушка взяла его за руку.

— Посмотри на тех птиц, — сказал Шон.

— Они наводят ужас. Давай войдем в дом.

— Это всего лишь птицы, — ответил отец и пожал плечами. — Может, глобальное потепление.

— Сегодня похолодало.

— Это всего лишь птицы, Кэт. Они не причинят тебе вреда.

Он уверенно направился к входу. Кэт подняла глаза к небу, идя рядом с Шоном, и могла поклясться, что птицы устремились вниз. Она была уверена, что они бросятся за ней и выклюют ей глаза.

Кэлу снился сон. Снилось, что он бежит, вот-вот схватится за медное кольцо на двери, потянет за него и обретет свободу и покой в доме, который уже принадлежит ему, а не банку, и на кредитках не все деньги еще истрачены, и он во власти заставить работать кого-нибудь другого, когда самому не хочется.

Вот он уже почти дотянулся, почти схватил…

Но увидел Эдди. Прямо перед собой. Эдди смеялся над ним и называл его дураком, которому надо научиться работать, как работают все остальные, и платить взносы за дом. Эдди собирался воспрепятствовать исполнению его мечты.

Потом появились птицы. Огромные стаи птиц с огромными глазами и широкими черными крыльями. Они каркали и шумели вокруг него, рвали его волосы.

Он закричал и пригнулся.

Проснулся.

Кэл стоял на улице. Босой. Земля была замерзшая. По крайней мере, никаких птиц не было, подумал он с облегчением, а потом осознал: были. Были.

Но они не летали повсюду с криками.