Читаем Смертельный дар полностью

— Что-нибудь новое узнали о той чернике? — спросил Зак Морриссея по телефону.

Было почти десять, и наконец он остался в своей комнате один. Они с Каэр присоединились к Аманде, Кэт и Шону в ресторанчике к югу от пристани, который специализировался на блюдах, приготовленных из даров моря. Кэл и Марни явились сами по себе, и все, оказавшись в несколько неловком положении, рассмеялись тому факту, что никому из них не только не захотелось есть дома, но еще и какой-то силой потянуло в один и тот же ресторан.

Потому что, как понял Зак, это было заведение со шведским столом.

Все, что они ели, поглощала и дюжина других посетителей, заглянувших сюда тем вечером.

Отсутствовали только Клара, Том и Брайди. Клара приготовила еду на троих и ушла посидеть с Брайди.

Кэт что-то говорила о том, чтобы пойти в клуб, и пыталась убедить Зака отправиться с ней, но он решил, что ему это неинтересно. Он был слишком озабочен разгадкой тайны смерти Эдди и сокровища. Перед его внутренним взором снова и снова вставали карты, и он старался разобраться, что не так понял, что упустил.

Тем временем Шон высказал озабоченность по тому поводу, что Брайди совсем не становилось лучше, и хотел отправить ее в больницу, но женщина отказывалась, поэтому по очереди с ней сидел кто-то из домашних.

Зак раздумывал сейчас о том, что каким-то образом во время обеда всем удалось поддерживать легкую, непринужденную беседу. Ни слова не было сказано об Эдди, или о злополучной чернике, или о каком-нибудь зле.

Даже Кэт и Аманда умудрились быть вежливыми друг с другом.

Все говорили о птицах. Все, кроме Каэр.

Каэр не хотела говорить о птицах. Большую часть времени молчала, но мило отвечала, когда к ней обращались. Она витала где-то далеко в облаках.

Может, дело в письме? Письме, которое явно расстроило ее?

Вернувшись домой, он выбросил из головы все мысли о Каэр и позвонил Морриссею.

Зак почувствовал облегчение, услышав, что детектив послал на остров своего человека.

— Гэри Свайпс. Старый коп. Чуть не с детства в полиции, уже лет сорок. Он был рад отправиться туда, особенно когда я ему сказал, что вследствие холодной погоды ему положена премия. Крупный мужик. Крепкий. Он пробудет на острове до утра, а потом его сменит паренек, новенький, но хороший офицер.

Ситуация на Кау-Кэй была под контролем, и он поинтересовался черничным делом.

— У меня ничего нет. Пока. Отпечатков нет. Только принадлежащие мальчишке, складскому рабочему, да и то смазанные. Похоже, банки забирали с полок, портили содержимое и возвращали на место. Мы просматриваем видеозаписи с прошлой недели. У них очень хорошо отслеживается любое передвижение товара, поэтому нам точно известно, что банки прибыли в этот период. Но вот дело в том, что на видео просматриваются кассы, а не проходы между рядами. Хотя мы знаем, кто входил и выходил. Это неспешная, скучная и утомительная работа, а в сутках всего двадцать четыре часа.

— Завтра я снова отправлюсь на Кау-Кэй и еще немного поэкспериментирую с металлодетектором.

— На территории парка. Вам же известно, что это незаконно. — Морриссей рассмеялся. — Не волнуйтесь. Я ничего не вижу. Мои люди тоже. И если у вас возникнет сильное желание, можете подъехать в офис. Окинете пленки свежим взглядом. По крайней мере, во всех газетах уже написали про эту чернику. Надеюсь, больше никого это не коснется.

«Не коснется?» — подумал Зак.

Внутренности, порезанные на ленточки.

Смерть.

Да, надеюсь, никого не коснется.

На двери в его спальне была круглая ручка, такая легкая, подрагивающая. Он нахмурился и быстро подвел разговор с Морриссеем к завершению, захлопнул крышку телефона, шагнул к двери и распахнул ее.

Там стояла Каэр со странным, задумчивым выражением в глазах.

— Эй, — сказал он. — Что-то случилось?

Она покачала головой.

— Шон… с ним все в порядке? Где он? Кто с ним?

— Шон вместе с Томом и Кэт пошел послушать то джазовое трио, о котором она говорила. Аманда заперлась в своих апартаментах, а Клара вернулась в свой коттедж.

— А Брайди?

— Мирно спит. Я только что навещала ее.

Он хмуро изучал Каэр.

— Вы пригласите меня войти? — спросила она его.

Зак отступил назад, ошеломленный, и наконец осознал, что она переодета ко сну.

На ней был мягкий фланелевый халат и ночная рубашка. Крошечные белые розочки были рассыпаны по кремово-бежевому фону, а на воротничке и манжетах красовались кружева. Волосы распущены. Иссиня-черные волны сбегали по плечам.

— Входите.

Она вошла и закрыла дверь, и в ее поведении напрочь отсутствовало кокетство. Каэр бросилась к нему, зарылась лицом в его хлопковую футболку, прижалась к нему, обхватив руками за талию.

— Это слишком ужасно? — тихо спросила она. — Я чувствую… как ускользает время, мне кажется…