Читаем Смертельные обеты полностью

— Удалось мне застать тебя врасплох? — Мэри вновь рассмеялась.

Франческа быстро пришла в себя и принялась обдумывать пути побега. Вокруг прогуливались покупатели, они входили и выходили из многочисленных магазинов в галерее, но, если она закричит, Мэри, несомненно, мгновенно спустит курок. Огонь в ее глазах и перекошенное от ненависти лицо явно обозначали ее намерения. Франческе просто чудом удалось заговорить спокойно:

— Мэри, нам лучше побеседовать. Опустите пистолет, мы привлекаем внимание.

— Может, я и сумасшедшая, — с усмешкой сказала Мэри, — но я очень и очень умная, Франческа. Я не уберу пистолет, мы привлечем внимание только тогда, когда я убью тебя, коварная наглая сука. Ты знаешь, я на это способна.

Франческа понимала, что ни в коем случае нельзя возвращаться к прошлому, ведь Мэри оказалась в суде из-за того, что Франческа распутала дело об убийстве Пола Рэндла.

Стараясь унять дрожь, Франческа продолжала:

— Как у тебя получилось организовать против меня такую аферу?

— Я быстро учусь, Франческа, и стала мастерски давать взятки. Как, ты думаешь, я выбралась из Бельвью? Ты уничтожила мою семью, но у Билла еще есть средства, он никогда бы не оставил меня гнить в убогом приюте.

— Он очень тебя любит, — кивнула Франческа, едва не задохнувшись, сердце бешено колотилось уже где-то в горле. По вискам тек пот, но она даже не подумала утереть его.

— О, не надо этого покровительственного тона! Ты охотилась за Биллом, возможно, вышла на след и Соланж Марсо. Мы тоже умеем шпионить, как и ты, Франческа. — С горящими глазами она напоминала обезумевшего фанатика. — Думаю, ты уже встретилась со своим противником?

Франческа облизнула сухие губы.

— Я только что видела твоего брата. Он в бешенстве, но я его не виню. Насилие не лучший путь. Я сочувствую вашей матери, но ведь осенью она уже будет на свободе.

— Заткнись!

Мэри нажала на спусковой крючок, и Франческа услышала щелчок. Сердце глухо стукнуло и, кажется, остановилось. Однако выстрела не последовало. Голова закружилась, сейчас она упадет в обморок. По спине ручьем тек пот.

— Это называется «русская рулетка», Франческа. Даже мне неизвестно, в каком гнезде барабана находится патрон. — Мэри захохотала. — Видела бы ты свое лицо!

Франческа едва стояла на ногах, через мгновение она точно потеряет сознание. В пистолете всего один патрон, но вдруг следующий выстрел не будет холостым? Мэри, совершенно очевидно, все равно, убьет ли она Франческу.

— Мэри! Скоро здесь будет полиция. Опусти пистолет!

— Я тебе не верю — да и что с того, что приедет полиция? Я спущу курок — и ты мертва. — Мэри плюнула ей в лицо.

Слюна потекла по щеке Франчески, но она лишь сильнее сжала нож. Впрочем, что она может сделать этой несчастной сумасшедшей, когда дуло пистолета упирается ей прямо в грудь?

— Ты настолько меня ненавидишь? — в сердцах крикнула она.

— Из-за тебя я лишилась семьи! Ты любишь того подонка, который погубил мою мать! Вы друг друга стоите!

Франческа знала, что убеждать душевнобольного человека — дело безнадежное, но все же рискнула:

— Харт твой брат. Он не виновен в том, что произошло!

— Харт безродный бастард! — завизжала Мэри, и лицо ее стало багровым.

Франческа моргнула и отвела взгляд. В следующую секунду вместо злобной усмешки Мэри перед ней возникло свирепое лицо Харта.

Он пришел! Волна облегчения прокатилась по телу и мгновенно сменилась ледяным ужасом. Харт остановился поодаль около больших пальм в кадках и побледнел, заметив направленный в грудь Франчески пистолет. Она была уверена, что он слышал их разговор. Харт посмотрел прямо в глаза Франчески и покачал головой. Она поняла его — отвлекать сейчас Мэри было бы ошибкой. Что ж, придется с этим согласиться.

Франческа перевела взгляд на Мэри, чтобы та не заподозрила неладное, но заметила краем глаза, что Харт вытащил пистолет.

Если он выстрелит в Мэри со спины, та сразу нажмет на спуск и убьет ее. Палец лежит на спусковом крючке, Мэри не промахнется. Кроме того, она сомневалась, что Харт такой отличный стрелок, что сможет убить человека одним выстрелом, он никогда не упоминал, что владеет оружием, как снайпер.

— Убери оружие, Мэри, — громко сказала Франческа, с трудом преодолевая спазмы в горле.

Она не посмела еще раз взглянуть на Харта, но надеялась, что он ее слышит.

— Я мечтаю увидеть, как ты упадешь к моим ногам, истекая кровью, станешь молить о пощаде! — Глаза Мэри чуть не вылезли из орбит. — Ты сломала мне жизнь! Из-за тебя меня поместили в клинику и объявили умалишенной! А это ты умалишенная, Франческа, если смогла позировать голой, чтобы тебя увидел весь мир!

Значит, Мэри видела портрет. Эта новость не произвела на Франческу впечатления, сейчас она думала о том, как заставить ее опустить пистолет, больно давивший дулом в грудь.

— Я никому не желала зла, — тихо произнесла она. — Твой отец мертв. Я хотела помочь.

— Ты хотела помочь Харту!

Что ж, в этом она права. Франческа стояла и молчала, обливаясь потом и дрожа от страха. Мэри неожиданно хитро улыбнулась:

— Должна признать, ты очень красива, Франческа.