Читаем Смерть стоит за дверью полностью

Первым делом Дуэйн решил лететь в Детройт — родной город Лейна Докери. У него была договоренность с Джанин, сестрой Докери, которая обещала пересмотреть бумаги брата и передать Дуэйну все, что имеет отношение к нашему делу. Мистер Роу собирался провести в Детройте несколько часов и отправиться дальше на запад, чтобы добиться личной встречи с моим бывшим мужем.

— Тюремные чиновники беседовали с Рэнди и утверждают, что он очень расстроен тем, что случилось с Хейденом, — тихо сказала Кэролайн. Я не слышала, как она подошла, и едва не лишилась чувств, когда она положила прохладную руку мне на плечо. — Я не хотела вас напугать. Просто думала, что вы заснули, и старалась не шуметь.

Слова Кэролайн вызвали у меня смех, но она продолжала настаивать, что мне требуется отдых. Как можно заснуть, когда по телевизору передают десятичасовые новости и без умолку говорят о страшных событиях в школе? В который раз описывают мини-фургон, который, по словам очевидцев, отъезжал зигзагами от школы примерно в то время, когда совершилось преступление. Канал Си-эн-эн подхватил новость и передает ее по всей юго-восточной зоне, а служба «Амбер алертс» регулярно вклинивается со своими сообщениями в комедийные сериалы, реалити-шоу и баскетбольные матчи. Интересно, телезрители приглушают в таких случаях звук? Сама я всегда именно так и поступала.

— Если Притчет ни при чем, значит, это дело рук Рэнди, — сказала я. — Не знаю, каким образом и кого он нанял, но без него не обошлось. Я все думаю о письмах, про которые говорил начальник тюрьмы «Сан-Квентин» когда вы туда ездили. Возможно, Рэнди охотится вовсе не за Притчетом и не за Докери.

— Вероятно, вы правы, — откликнулась Кэролайн. — Мы проверяем все тюремные знакомства Рэнди с момента его появления в тюрьме «Сан-Квентин». За абонентским ящиком, куда Рэнди отправляет письма, установят слежку. Если удастся доказать его причастность к преступлению, упомянутому в статье, что Притчет оставил на ветровом стекле вашей машины… Он утверждает, что получил ее от неизвестного лица… Мэтьюс говорит, что эксперты пока ничего не установили. И все же убийцей девушки из штата Теннесси и похитителем вашего сына скорее всего является один и тот же человек. Мы связались с местными полицейскими органами, и нам сообщили, что труп девушки был изуродован таким же способом, что и тело Рейчел Даттон.

— Тем самым, что Рэнди практиковал на всех своих жертвах. Бывший муженек нашел себе преемника, сообщника, который должен завершить то, что не удалось ему самому. Нет, я понимаю, что, наверное, есть люди, которые желают мне зла, но при чем же здесь Хейден? — Я бессильно опустила руки.

— И не пытайтесь понять. Фантазии Рэнди может понять только такой же псих, как он сам. Этим делом занимаются и полиция, и специалисты из тюрьмы «Сан-Квентин», и мы с Дуэйном. Но нужно подписать ордера и приказы, позаботиться о технической стороне… Знаю, все это кажется вам полной чушью, но иначе нельзя, и на такие процедуры требуется время.

Я застыла на пороге темной комнаты сына. Его кроватка была наполовину разобрана. Если мне и захочется вздремнуть сегодня ночью, то только здесь, на его маленьком матрасике, под плакатом с героями любимого мультсериала и свидетельством об окончании первого класса, которое я поместила в рамку и повесила на стену в прошлом году. Хейден говорил, что все это ерунда. Вдруг я подумала о Рейчел Даттон — был ли у нее муж, или приятель, или подружка? Я абсолютно ничего не знаю об этой женщине, даже ее возраста. Кому из родственников сообщили о ее смерти? Наверное, сначала зазвонил телефон, а потом пришли полицейские и осторожно постучали в парадную дверь.

— Я знаю, что вчера хотел сказать Притчет, — прошептала я.

— И что же? — поинтересовалась Кэролайн.

— Когда он сказал: «Вы теперь понимаете, что это такое», то был абсолютно прав. Я считала себя несчастной, потому что Рэнди меня обманывал, а я позволяла себя обманывать. Теперь уже не так важно, до какой степени я разрешала вводить себя в заблуждение. Мне казалось, я понимаю чувства людей, в семьи которых Рэнди принес столько горя, способна сопереживать. Чушь! Дикая чушь! Лицемерие самого низкого пошиба!

Кэролайн пыталась что-то сказать, но я резко оборвала ее:

— Нет, все это время я чувствовала свою вину, страдала из-за нее и не отказывалась от ответственности, забывая при этом о самом главном. Притчет хотел сказать, что теперь я знаю, что значит ни за что не отвечать, когда от тебя ничего не зависит. Когда с тобой что-то делают, а ты чувствуешь собственную беспомощность, и это самое страшное. А ведь Притчет и многие другие люди живут с этим чувством долгие годы.

— И что, разве стало легче оттого, что вы поняли Притчета? Или, может быть, это поможет вернуть Хейдена?

— Не знаю.