Читаем Смерч полностью

Девушка удивленно округлила глаза. И вдруг в лице что-то дрогнуло.

— Вы… ты… Вы… Денис?

Денис хотел ответить, но не смог. Лишь согласно кивнул головой. А лицо пламенело так, что слезы выступили на глазах.

Галя стремительно подбежала к нему, схватила за руки.

— Боже мой, какая встреча! Фантастика! Как вы сюда попали? Когда?

— Из госпиталя. Вчера.

Кончиками пальцев она коснулась своего лба, на мгновение прикрыла глаза.

— Ой, просто голова кругом. Даже не верится. Ведь я потом заходила к вашей тете, тете Оле, но дома никого не оказалось. Соседи сказали, что она находится на казарменном положении. Ой, что же мы стоим? Садитесь, Денис. — Галя пододвинула табуретку с дугообразным вырезом посередине. Но не успел Чулков сесть, всплеснула руками: — Нет, нет, лучше пойдемте ко мне, я вас чаем напою, расскажете все, что с вами было за эти два года.

— Подождите, Галя… То есть… товарищ лейтенант медицинской службы. — Денис смущенно переступил с ноги на ногу — глупо как-то… эта официальность… Но ведь получил приказ… Собравшись с духом продолжал: — Я направлен в ваше распоряжение для прохождения службы.

У Гали вскинулись брови.

— Вы санитар?

— Да нет, — с силой сказал Денис; то, что его посчитали санитаром, больно ударило по самолюбию. — Я временно, пока…

— Тогда садись, рассказывай, — Галя повелительно указала на кушетку и села рядом с Денисом.

— Тут, понимаешь, такое дело, — нерешительно начал тот.

Оба не заметили, как перешли на «ты».

Выслушав рассказ о событиях, которые предшествовали появлению Дениса в санчасти, Галя воскликнула:

— Теперь понимаю — о тебе говорил майор. Он сказал, что в санчасти будет работать сержант, который не долежал после контузии в госпитале, и ему надо создать свободно-строгий режим.

— А что такое: свободно-строгий?

— Не знаю.

Она рассмеялась, не удержался от смеха и Денис.

— Подожди, скоро придет майор Куренков, он расшифрует…

Дениса подмывало спросить, каким образом Галя, его, в сущности, одногодок, стала лейтенантом медицинской службы, попала на фронт. Она в сорок первом поступила на курсы медсестер, но медсестры офицерских званий не имеют. Не спросил. Подумалось, что вопрос прозвучит не совсем тактично в его положении.

Стукнула входная дверь.

— Вот и майор Куренков легок на помине, — вставая и поправляя пилотку, сказала Галя.

Но это был не майор Куренков. В комнату вошел невысокий, с осиной талией старший лейтенант. У него было красивое лицо, смугловатое, с персиковым румянцем. Волосы цвета воронова крыла вились крупными кольцами.

Денис вскочил с тахты, вытянул руки по швам.

— Что вам угодно, товарищ старший лейтенант? — Голос Галины прозвучал незнакомо сухо и даже, как показалось Денису, угрожающе.

Офицер холодным взглядом окинул Чулкова с головы до ног, сказал:

— Сержант, выйдите на минутку — у меня тут дело.

Голос был звонкий, напряженный.

Денис не сделал по направлению к двери и трех шагов, как услышал сзади:

— Товарищ Чулков, останьтесь. — Денис остановился. — Здесь, товарищ старший лейтенант, распоряжаюсь я. Сержант — мой подчиненный и сейчас мне нужен.

Денис взглянул на нее и удивился: та ли это Галя, смешливая и чуть рассеянная, с которой он только что разговаривал? Лицо побледнело, заметно натянулась нежная кожа на скулах, полные губы поджались, вытянулись в узкую полосу, в красивых продолговатых глазах стыло отчуждение.

— Я на два слова… — отведя взгляд, сказал старший лейтенант.

— У меня нет времени. Товарищ сержант, пойдемте я познакомлю вас с нашим персоналом.

И Галя первая направилась к выходу. Старший лейтенант быстро повернулся, исчез за дверью. Когда Денис вслед за Галей вышел из санчасти, он увидел только его спину. Заложив руки назад, старший лейтенант неторопливо шагал по улице.

— Кто это? — спросил Денис, когда они свернули во двор.

— Командир батареи Запорожец.

Еще немало вопросов вертелось у Чулкова на кончике языка. Почему при виде Запорожца Галя так изменилась в лице? Почему так резко с ним разговаривала? Каковы отношения между ними?..

Промолчал. Не имел он права задавать такие вопросы. Старое знакомство? Едва зародившаяся симпатия? Но это было давно, два года назад, а с той поры много воды утекло.

2

Предписанный майором Куренковым свободно-строгий режим представлял собой следующее. Вставал Чулков в шесть ноль-ноль вместе с медперсоналом, потому что койку ему поставили в пристройке, где жили двое старшин, прикомандированных к медсанчасти.

После завтрака наступало время прогулки без особого переутомления. После обеда — обязательный сон, потом от двух до трех часов Чулков должен был помогать медикам, но без чрезмерных физических нагрузок. Распоряжался им сосед по койке — старшина с луженой глоткой. Он неукоснительно предписывал: сделать то-то и так-то, доложить во столько-то. Принимая доклад о выполнении задания, старшина лично проверял сделанное и, если оставался доволен, изрекал:

— Свободен. И гляди у меня!..

Такое обращение сперва обижало Чулкова, но, узнав старшину поближе, понял, что по характеру это тот же Буровко, который говаривал о себе: «Шуму много, злости нет».