Читаем Смех без причины полностью

И мы выкладываемся на концертах и репетициях, много и честно работаем. Как все талантливые и востребованные артисты, а их мало, Владимир Натанович очень занятой человек, но всегда в курсе дел, у кого в коллективе что происходит. В любой проблеме выручит, поможет, обязательно найдет нужное слово.

Многим он дал дорогу на большую сцену и продолжает поддерживать до сих пор. Например, мне он помогает не потерять себя как певицу. И я очень ему за это благодарна.

Владимир Натанович, спасибо вам огромное! Живите долго и счастливо на радость близким, нам и вашему неизменному Зрителю!


– Меня зовут Герман Леви, я хочу добавить несколько слов. Когда после «Фабрики звезд» продюсера Матвиенко в 2003 году я искал работу, мне очень хотелось гастролей, зала – всего того, к чему я уже успел привыкнуть. А поскольку всегда, с пяти лет, работал с пародией, то выбор был предопределен. Люди, окружавшие меня, не думали, что это будет серьезно, а я уже в двенадцать лет из Самары, где тогда жил, отправил кассету со своими пародиями Винокуру. Там было попурри женских голосов. Ему понравилось, но он не знал, что с этим делать. Я продолжал совершенствоваться, выступал и постепенно в Самаре стал популярен. С возрастом стал понимать, что со стороны Винокура это был не отказ, просто я был слишком молод. Уже в сознательном возрасте одна моя подруга, Саша, актриса, подбила меня сходить к нему на кастинг. Неудобно было ему навязываться, но я пришел. Он посмотрел, назвал меня самым наглым, и я стал петь: выдал тридцать голосов по списку. Вел с Владимиром Натановичем диалог-импровизацию. От имени Диброва. Он подшучивал надо мной, и я расслабился, почувствовал себя в своей тарелке. Показав себя, я ушел довольный, но даже не надеясь на звонок. Винокур позвонил мне на другой день, пригласил показаться режиссеру Любови Гречишниковой. Она меня прослушала. И Владимир Натанович сказал, что образ Киркорова ищет. Мне дали три месяца сроку, а я на другой день уже был готов записывать Киркорова. Костюм нашли, и сразу взяли меня на гастроли. После «Фабрики» было приятно сменить коммерческий тур на творческий.

Владимир Натанович сам помогал мне собираться, бросая в гастрольный чемодан костюмы, приговаривал: «Не каждый день тебе заслуженный артист чемоданы собирает». В этой поездке я понял, что коллектив состоит из единомышленников, и у руководителя Винокура очень творческий подход. Он добрый, это видно по нему. Простой и очень умный, театр, по сути, только на нем и держится. У Владимира Натановича мощная энергия, но он все очень тонко чувствует. Моя гиперответственность часто мешает мне, он это видит и может успокоить одним словом. С ним не хочется надевать маски, лицемерить. Он сам очень искренний, теплый человек. А театр – это не шоу-бизнес, не тупое зарабатывание денег организаторами, здесь доминанта творческая. Он как отец. И он не страшный, с ним хочется в жизни ближе общаться. Он все время шутит. Беззлобно. Перевоплощается только на сцене, эти образы не переносятся в жизнь.

Владимир Натанович обаятелен, интеллектуал, настолько все делает профессионально, и находится постоянно в развитии. Винокуру это все интересно, и он абсолютно независтливый. Часто пародисты ненавидят друг друга, а он иной, он все уравновешивает. Он аккуратно учил меня жить в коллективе равных себе. Закулисные склоки портят, мешают расти. Находясь рядом с Винокуром, я расту как личность и очень за это благодарен. Хочу пожелать Владимиру Натановичу крепчайшего здоровья, он такой трудоголик. Надо отдыхать и учиться беречь себя. Остальное у него есть.


– Меня зовут Ирида Хусаинова. Я согласна, у Винокура есть все, что нужно артисту, и прежде всего в актерском и человеческом плане. Я тоже в театр попала демократично – прошла через кастинг. И не надеялась даже, что подойду, а теперь работаю с самим Винокуром! Он мягкий и щедрый, и меня поразило то, как трепетно он относится к своей маме, во всем ее поддерживает. Это дорогого стоит. И нас, артистов театра, он никогда не муштрует, все замечания по делу. Главное, что актерское нутро дает проявить. Работать у него в театре здорово и весело. Он изюмина в коллективе, творческий наш парусник. Добрый. Позитивный. И нас так же настраивает. Здорово, когда такие люди есть – самый лучший начальник – коллега, партнер, никакого давления сверху по вертикали власти. За счет этого мы команда, потому что нас ведет опытный руководитель. Искренне хочу пожелать ни в коем случае не меняться, здоровья его маме и ему самому, потому что артист такого класса себе не принадлежит, он принадлежит своему зрителю.

Глава 20

Генерал Борис Всеволодович Громов

Наша личная встреча с Владимиром Натановичем состоялась где-то в восемьдесят шестом – восемьдесят седьмом году в Афганистане. Я, естественно, и раньше хорошо знал его как артиста. А вот теперь знаю еще как друга и очень этому рад.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
100 знаменитых анархистов и революционеров
100 знаменитых анархистов и революционеров

«Благими намерениями вымощена дорога в ад» – эта фраза всплывает, когда задумываешься о судьбах пламенных революционеров. Их жизненный путь поучителен, ведь революции очень часто «пожирают своих детей», а постреволюционная действительность далеко не всегда соответствует предреволюционным мечтаниям. В этой книге представлены биографии 100 знаменитых революционеров и анархистов начиная с XVII столетия и заканчивая ныне здравствующими. Это гении и злодеи, авантюристы и романтики революции, великие идеологи, сформировавшие духовный облик нашего мира, пацифисты, исключавшие насилие над человеком даже во имя мнимой свободы, диктаторы, террористы… Они все хотели создать новый мир и нового человека. Но… «революцию готовят идеалисты, делают фанатики, а плодами ее пользуются негодяи», – сказал Бисмарк. История не раз подтверждала верность этого афоризма.

Виктор Анатольевич Савченко

Биографии и Мемуары / Документальное
Бирон
Бирон

Эрнст Иоганн Бирон — знаковая фигура российской истории XVIII столетия. Имя удачливого придворного неразрывно связано с царствованием императрицы Анны Иоанновны, нередко называемым «бироновщиной» — настолько необъятной казалась потомкам власть фаворита царицы. Но так ли было на самом деле? Много или мало было в России «немцев» при Анне Иоанновне? Какое место занимал среди них Бирон и в чем состояла роль фаворита в системе управления самодержавной монархии?Ответам на эти вопросы посвящена эта книга. Известный историк Игорь Курукин на основании сохранившихся документов попытался восстановить реальную биографию бедного курляндского дворянина, сумевшего сделаться важной политической фигурой, пережить опалу и ссылку и дважды стать владетельным герцогом.

Игорь Владимирович Курукин

Биографии и Мемуары / Документальное