Читаем Смейся... полностью

— Не переживайте сильно и прислушайтесь к доброму совету. По прибытии на Базу проявите инициативу и, не дожидаясь приглашения, сходите к психологу на консультацию… Вас ведь взволновал печальный исход?

— Конечно.

3

Вернувшись на Базу, Антон спровадил робота разгружаться, загнал почтарь на профилактику и разыскал дежурного психолога.

В кабинете, друг против друга, стояли глубокие кресла. На спине одного был закреплен плоский экран.

— Похвальная самодисциплина, — психолог усадил Антона под экран и устроился напротив. — Расстегните китель, расслабьтесь, — психолог достал из кармана халата присоску с шарообразным датчиком, приподнялся и ткнул ею Антона в лоб. — Чем вас привлекла в юности профессия доставщика?

— Рудная… Кто мог подумать… В инструкции — ни слова….

— Вы поняли мой вопрос?

— Повторите.

— Старайтесь отвечать без раздумий. И не волнуйтесь — здесь не экзамен… Так чем вас привлекла профессия доставщика?

— Трудно сказать…

— Сколько парадных комплектов вы заказали, получив назначение?

— Дюжину.

— Сколько уже использовали?

— Где-то половину…

— Вас не раздражает мигалка робота?

— Вроде привык.

— Вы любите компакты? — психолог нацелился новой присоской в грудь Антона.

— Не очень. — Антон расстегнул рубаху. — Предпочитаю видео.

— Типичный синдром доставщика, — психолог закрепил датчик Антону на сердце.

— Это плохо?

— В норме, — психолог нажал кнопку на подлокотнике антонова кресла и стал, не отрываясь, смотреть на экран. — А вы не боитесь остаться без работы?

— В каком смысле?

— Вдруг мода на компакты внезапно кончится и всем доставщикам придется переквалифицироваться.

— Вряд ли такое возможно в обозримом будущем. Видели бы, что творится в момент выдачи. Общее сумасшествие: и те, кто получает, и те, кто тешит себя надеждой, одинаково охвачены нетерпением. Конечно, понятна роль сложившегося ритуала: парадная форма, номерные разрядники, возрожденный акт передачи кассет из рук в руки. Но почему именно компакты пробудили в людях подобные страсти? В конце концов, ведь компакт родился как игрушка, сувенир, напоминание о прошлом…

— Вы часто получаете компакты?

— Регулярно от матери.

— Если не секрет, чем она вас одаривает?

— Всякой ерундой… Недавно подключаюсь к разряднику и ничего не могу сообразить: сплошной скрип; и только потом дошло — доски, рассохшиеся доски на нашей веранде.

— Да, на компакты сейчас никто уже не записывает осмысленные тексты, прямая информация заменяется намеками, условными знаками, не поддающимися полной расшифровке символами. Шаги по лесной тропинке, шелест листьев, птичий гомон, даже просто дыхание или шорох платься… Компакты победили видеофоны тем, что развивают фантазию и воображение. Перед видеофоном все ясно: привычная мимика, фальшивые жесты. Компакт же раскрепощает душу, настраивает ее на восприятие ранее игноируемых нюансов. Заново открывает неисчерпаемый мир звуков.

— Да, качество записи невероятное, но не музыка же, а случайный набор, и человек впадает в иллюзии, поддается наваждениям… и все не терпится приобщиться. Магия, мистика… Жаждущая одурманивания толпа… Мне их порой даже жалко. Ради чего ажиотаж?

— Жизнь иногда становится чересчур пресной, и объективно возникает необходимость в подобных вещах.

— Но нас в Академии уверяли, что доставщики призваны нести радость, они воплощение коммуникабельности и единения, они прорываются через подпространство, разрушают одиночество и изолированность… И я верил в светлую миссию компактов… А на самом деле… Обман и глупость!

— Не преувеличивайте отрицательный эффект… Кстати, с Рудной сообщили о несчастном случае. Проходчик решил уединиться, залез с компактом на эстакаду и поскользнулся…

— Значит, меня оставят на прежем маршруте?

— А где ваш обвинительный пафос? Компакты — реальность, и наша задача удовлетворять потребность масс в индивидуальных праздниках…

— Естественно, любой при получении компакта испытывает долгожданное опьянение, но после прослушивания реакция непредсказуема…

— Хватит, хватит, — психолог отлепил присоску со лба Антона. — Я не советую вам столь сложный маршрут — густонаселенные планеты и у матерых доставщиков вызывают срывы… Пока отдыхайте, набирайтесь сил, что-нибудь придумаем.

4

На следующий день, с самого утра, Антон неприкаянно слонялся по Базе. Периодически заглядывал в диспетчерскую и, убедившись, что ячейка пуста, возвращался в комнату отдыха на продавленный диван в полутемном углу, со столитровым аквариумом.

Доставщики готовились к рейсам. Кто дремал, закрыв лицо журналом, кто, потягивая сок, гонял в видеофоне допотопные клипы, кто начищал галун и звезды.

Когда на табло под потолком загорелся индекс стартового жетона и короткий, резкий зуммер заглушил голоса, очередной доставщик, на мгновение задержавшись перед зеркалом, отправился на космодром, захватив с пункта комплектования своего робота, нашпигованного компактами.

5

После полудня комната отдыха почти опустела.

Перейти на страницу:

Все книги серии Повести

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези