Читаем Служение полностью

Перелом в юлиной болезни почувствовали лишь её мама, сама Юля и, разумеется, Магда. Врачи по-прежнему назначали необходимые процедуры, делая их лишь для очистки совести, да ещё и потому, что так когда-то было предписано в истории болезни. И нянечки, и сёстры, и врачи по-прежнему молча сочувственно смотрели на Ольгу Николаевну, неотлучно находящуюся у постели дочери, и никак не могли понять, на что ещё она может надеяться при таких явных симптомах угасания.

Однако упрямый ребёнок, несмотря на очевидный и столь неутешительный прогноз, почему-то всё никак не хотел умирать. И даже начал потихонечку съедать до конца свою порцию протёртой безвкусной кашки, а иногда не отказывался и от яблочка или банана. Врач Галина Сергеевна перестала молча, с каменным лицом выходить из палаты - теперь она иногда говорила что-то хорошее матери ребёнка. А сама Юленька больше не лежала, отвернувшись к стенке - она всё охотнее и охотнее общалась с матерью, требовала от неё сказок и часто разговаривала с кем-то невидимым, с какой-то женщиной по имени Магда, которую она от однообразия больничной жизни выдумала сама для себя.

Вообще-то говоря, ни Магда, ни Лена пока ещё настоящими Целителями не были - они просто проходили период Ученичества. Но если у Магды всё получалось прекрасно, так, как будто она всегда, испокон веков, только и делала, что в виде Энергиона лечила безнадёжно больных землян, то у Лены дела шли совсем по другому. Мать Тереза только один день провела рядом с Магдой после чего спокойно оставила её. А вот с Леной она находилась постоянно. Энергетический поток у Лены шёл рывками - то слишком сильно, то замирал совсем, отчего больной ребёнок то вздрагивал в своей кроватке, то лежал больше похожий на труп, чем на живого человека. К тому же, ленин запас Энергии оказался в десятки раз меньшим, чем обычно бывает у Целителя, отправляющегося из Большого Купола на Служение на Землю. Запас катастрофически кончался, в то время как лечение только начиналось и должно было продолжаться ещё очень долго. И тогда Мать Тереза решила остаться в больнице и самой подежурить у постели больного ребёнка, отправив Лену назад, в Большой Купол, для того, чтобы вновь подзарядиться Энергией и поработать с Фонтаном Забвения. Видимо, период Реабилитации в Большом Куполе оказался для Лены слишком коротким и она не успела перестроиться на своё новое Служение совсем в других, таких непривычных условиях.

Лена проявилась в Большом Куполе рядом с Фонтаном Забвения. Вокруг находились и другие люди - всё это были вновь прибывшие Гости, которых она пока ещё не знала. Тут же находилась Дениз и рассказывала им, как и для чего надо пользоваться Фонтаном Забвения. Лена опустила руку в его вращающуюся цветную струю, которая никогда не смешивалась с остальными. Она закрыла глаза, расслабилась и почувствовала приятную, тёплую очистительную волну забвения, которая пронизала весь её организм. Конечно, она не стала беспамятным манкуртом. Просто вся прошлая жизнь окончательно перестала её волновать. Разумеется, она помнила всё, что было с ней когда-то, в той жизни, но это стало похоже просто на прочитанную когда-то очень давно книгу о чьей-то чужой жизни - и всё. Она поняла, что наконец-то избавилась от всех следов своих земных переживаний навсегда...

У Эгрегора на этот раз не было ни души. Он, как и всегда, был изумительно красив - гигантский фиолетовый кристалл, окружённый другими, более мелкими, со всеми своими сверкающими гранями и непонятной жизнью, клубящейся внутри. Сейчас, как никогда, Лена ощутила Эгрегор как живое высшее существо, совершенно отличное от всех известных ей форм земной жизни. С ним можно было общаться, обращаться к нему за помощью, питаться его Энергией, а вот он сам так и оставался таинственным, непонятным и неизменным для всех в этом мире Большого Купола. Впрочем, если вдуматься, то ни на Земле, ни здесь нет ни одного существа или предмета, который бы не был живым. Всё на свете - и леса, и реки, и горы, и гигантские материки, и тысячелетние дубы, и эфемерные подёнки, все появляется, живёт, изменяется и, наконец, умирает, переходя в другие формы существования. А что такое жизнь? Это и есть изменение и движение, которые вечны, следовательно, и бессмертны. В каждой крохотной песчинке вечно движутся электроны, нейтроны и прочие невидимые частицы. И каждая песчинка - вечна, хотя со временем она и перейдёт в какое-то другое измерение, в другую форму существования. За всю историю мира ни один самый великий властитель, при всём своём могуществе, не мог уничтожить даже одну самую маленькую песчинку. Поэтому-то всё сущее, какие бы формы оно ни принимало, - вечно и неуничтожимо.