Впрочем, реакция Тандри его быстро успокоила: тот хоть и замер, повернувшись к преподавателю, но не посмотрел на него как на идиота. В его взгляде даже не появилось сочувствие, за этот день успевшее Гриммюрграсу изрядно надоесть и уже не казавшееся такой уж искренней эмоцией. А вот толику гордости, промелькнувшую не только во взгляде, но и в улыбке, Тандри подавил не сразу, и хотя говорил спокойно, наглая улыбочка так и прорывалась.
-- Конечно. Все книги, которые когда-либо побывали в Норзуре, хранятся в электронной базе. Правда, об этом стараются не распространяться. Сами посудите: если никто не знает, что книга имеется в электронном виде и найти ее в базе очень просто (по крайней мере, издателям, знающим индексацию), можно сказать, что для такого заказа, как мой, требуется много времени и сил. Это, конечно, противоречит свободе информации, но издателям тоже не хочется размениваться на мелочи. Единичный заказ -- это помощь одному человеку (причем явно не вопрос жизни и смерти). А зачем помогать одному, если в это время можно помочь многим и получить больше очков полезности? Ну а если сказать, что единоличный заказ затрагивает много ресурсов (и если общество будет думать, что так оно и есть), то за такой труд можно получить достаточное количество очков, чтобы иметь смысл на него отвлекаться.
-- Но производство книги действительно не простой процесс, -- возразил Гриммюрграс, попытавшись вспомнить все этапы, которые перечисляла Льоусбьёрг, обсуждая издание его первой работы. Не смог. Воскресил лишь ощущение, что написание рукописи -- не самая сложная часть в появлении книги на свет.
Они дошли до маленького сквера, разбитого рядом с Издательством, и присели на лавке в тени невысокого деревца. Солнечные лучи играли на листьях, вызывая улыбку и чувство, будто ничего серьезного не происходит. А тем временем где-то в трущобах Фаннар и Фанндис продолжают преследование или уже завершили его. Вернулись ли друзья с добычей, Гриммюрграс не знал: для этого ему нужно было самому попасть домой. Но нельзя. Он должен быть на виду общественности. Возможно, стоило бы пойти в студенческое кафе, но вряд ли бы Тандри последовал за ним: не обо всех вещах можно говорить в людном месте. В сквере же никого не было, а тонкости издательского процесса, о которых не услышишь от профессионала, действительно увлекали. Или во всем виновато обаяние студента, умеющего рассказывать?
Тандри откинулся на спинку лавки, прикрыл глаза и тяжело вздохнул.
-- Да обошелся бы я без книжного экземпляра, -- наконец сообщил он. -- Мне хватило бы простой распечатки, чтобы в любой момент иметь доступ к тексту и возможность оставлять свои пометки и комментарии. И хотя сделать распечатку без переплета и прочего -- дело пустяковое, я бы заплатил за нее как за лично изданную книгу. Но ее величество Льоусбьёрг не предложила ничего подобного!
-- Ты уверен, что у них есть возможность распечатать любую книгу из своей... базы? И что доступ к ней имеет любой работник Издательства?
-- А почему нет? -- удивленно посмотрел Тандри.
Гриммюрграс улыбнулся в ответ. Слова студента напомнили один из странных разговоров Фаннара и Фанндис. Фанндис внезапно заинтересовалась геологией. Фаннар полагал, что во всем виноваты пыльные бури, напрямую связанные с метеоритными дождями, которые уже давно привлекали внимание обоих близнецов, но лежали за пределами их компетенции. Впрочем, этих двоих не могла остановить подобная мелочь: оба хорошо знали, что курс лекции успешно заменяется книгами, если, конечно, уметь их читать. Так что Фанндис раздобыла необходимые для начинающих геологов труды и зарылась в них. Далеко не ушла: в одной из основополагающих работ обнаружила данные, взявшиеся неизвестно откуда. Никаких ссылок на другие источники, приведшие автора к таким выводам, не существовало, будто эти данные были чем-то основополагающим.
"Издание третье, переработанное", -- с тоской прочла Фанндис.
"Если сможешь достать издание первое, непереработанное, узнаешь, откуда взялись эти данные, -- усмехнулся Фаннар. -- Но никто тебе его не даст".
Тогда Гриммюрграс удивился лишь тому, что кто-то по неизвестной причине скрывает некие данные от других ученых, которые, не удовлетворившись сомнительной информацией, не примут ее на веру, а попытаются докопаться до сути. То, что первое издание где-то хранится, странным Гриммюрграсу не показалось. Льоусбьёрг положила его рукопись в специальный шкаф, так что он решил, будто все рукописи находятся в подобных хранилищах. Шкаф закрывался на хитроумный замок, и потому слова Фаннара о недоступности их людям, не работающим в Издательстве, были понятны.