Читаем Служащие Ваитюру(СИ) полностью

-- Возможно, я преувеличил и привел не совсем точный пример, -- пробурчал он, зардевшись, чем в свою очередь вызвал недоумение у Гриммюрграса, не ожидавшего подобной реакции. Но уже через мгновение Тандри взял себя в руки и продолжил как ни в чем не бывало: -- Они почти рассыпались в руках, причем от старости, а не от плохого к ним отношения. Я и не думал, что такие книги еще существуют. И да, они не переиздавались. Что само по себе странно, поскольку в одном из учебников я нашел на нее ссылку -- оттого и отправился на поиски. Ссылка незначительная, конечно, но меня заинтересовала книга, написанная еще в эпоху Сотрудничества -- тогда археология не была сугубо теоретической наукой.

Гриммюрграс понимающе кивнул, хотя история Тандри не показалась ему такой загадочной, какой она выглядела по обещаниям рассказчика. Он предположил, что научное общество уже не видело в книге полезность, потому и не заинтересовалось в ее переиздании. Но выводы, оказалось, делать было рано: оглянувшись на дверь, ведущую в кабинет к Льоусбьёрг, а затем на ту, за которой находилась приемная с секретарем, Тандри перевернул листок бумаги и постучал по нему пальцем, взглядом приглашая обратить внимание на написанное.

-- Две фамилии, -- нахмурившись, заметил вслух Гриммюрграс и удивился, что произнес эти невинные слова приглушенно. Хитрец Тандри добился своего.

Будущий археолог довольно закивал и продолжил тихо, накаляя атмосферу секретности до предела. Гриммюрграс не только прислушивался к его шепоту, но и старался уловить движение за дверьми, чтобы не оказаться застигнутым врасплох.

-- Второй не наш. Не из Норзура.

-- Точнее, тот, что первый? -- догадался Гриммюрграс, поскольку повторялось то имя, что шло следом.

-- Именно, то есть работа написана в соавторстве, и наш профессор лишь помогал вот этому. Но в учебнике, где была ссылка на книгу, ни о каком втором и слова не было. То есть они хотели приписать все заслуги нашему ученому.

Гриммюрграс медленно кивнул, не отводя взгляда от Тандри и при этом отмечая какую-то суету в кабинете Льоусбьёрг.

-- Такое случается. И все же...

Он не дал Тандри договорить, жестом заставляя оборвать фразу на середине. Вовремя: молодой перспективный автор, выражая сердечные благодарности, покинул Главного Издателя, та же провожала его улыбкой чуть теплее профессиональной. Гриммюрграс с грустью отметил, что точно такую же улыбку Льоусбьёрг адресовала ему, когда работала над его первой рукописью. Тогда Гриммюрграс расценил ее неверно, о чем только теперь узнал. Похоже, изображать печаль в кабинете Льоусбьёрг будет не так сложно, как казалось сначала.

-- Мой любимый автор! -- заметив его, воскликнула Главный Издатель и жестом пригласила войти.

Тандри успел прошмыгнуть прежде, чем она закрыла дверь, за что получил укоризненный взгляд, но выгнан не был: Льоусбьёрг предпочитала невербальный способ командования и в большинстве случаев ее слушались. Тандри же скромно уселся в углу, рядом со шкафом, на полках которого были выставлены самые шикарные издания, и попытался слиться с обстановкой, изучая книжные корешки. Льоусбьёрг недовольно наморщила носик, но сразу же забыла о наглеце. По крайней мере, сделала вид, повернувшись к Гриммюрграсу и пригласив его присесть напротив. На то самое место, где только что сидело начинающее дарование. Гриммюрграс вздохнул, но принял приглашение.

Он был очарован этой женщиной и искренне верил, что то неподдающееся описанию смешение чувств, тягучее, но в то же время приятное, испытывает каждый мужчина при встрече с Льоусбьёрг. Невысокая и не обладающая особо притягательной фигурой, она все равно оставалась эффектной, с такой точностью подбирая наряды, что казалось, будто они являлись ее естественным продолжением, как шерсть дикого животного: не вычесанная человеческой рукой, но в то же время гладкая и лоснящаяся. К тому же недостаток фигуры с лихвой перекрывали не менее значимые достоинства: пышные волосы медного оттенка, завивающиеся в крупные кудри, и мелодичный, чуть низкий голос, в котором всегда слышалась гордость. А еще глаза, от которых было сложно отвести взгляд.

-- Гриммюрграс, -- начала Льоусбьёрг с улыбкой, которая показалась ему чуть теплее той, с которой она проводила писателя, -- сочувствую произошедшему. С тобой такое впервые? Во Фьялсе подобное не случается?

-- Со мной, по крайней мере, не было, -- смущенно улыбнулся он в ответ.

-- Что ж, через такое должен пройти каждый ученый и писатель. Можно считать это своего рода посвящением.

-- Момент пропажи рукописи или попытки выдать ее за свою? -- уточнил Гриммюрграс и поймал взгляд, который ему не понравился. Сочувствие. Кажется, искреннее, но не такое, которое читалось ранее во взгляде Тандри. То, как заговорила Льоусбьёрг дальше, лишь подтвердило неприятное ощущение Гриммюрграса.

-- Не волнуйся: никто себе ничего не присвоит. Я знаю свое дело. Так что ты сейчас изложишь содержание похищенной работы, а я сделаю запись. Как только в Издательство принесут рукопись, полностью или частично совпадающую с записью, мы сразу вернем тебе твой труд.