Читаем Слушай Луну полностью

Меня возмущают ужасы этой войны. Поделиться с кем-то такими мыслями я не могу, тем более сейчас, после потопления «Лузитании», из опасения быть обвиненным в недостатке патриотизма и в том, что я не думаю о наших солдатах на фронте. Я люблю Англию ничуть не меньше прочих, но неужели, для того чтобы любить Англию, так уж необходимо любить войну? Я знаю, что война не несет ничего хорошего, и не важно, кто в ней победитель, а кто проигравший. Я просто хочу, чтобы страданиям, боли и горю пришел конец. Сколько их я повидал, скольких лечил – этих морячков, многие из которых были совсем еще мальчишками, морячков, которых выносило на берег Сент-Мэрис – утонувших, чудовищно обожженных, полумертвых от холода. А ведь все они, как Джек Броуди, чьи-то дети, чьи-то возлюбленные. И все они совсем не так уж давно были новорожденными, как Красавчик, у всех впереди была жизнь и счастье.

Так я и отправился с тяжелым сердцем на другой конец острова, навестить маленького Филипа Блессида, который уже довольно давно болеет коклюшем. Сейчас на острове трое детей, которые страдают этим недугом. Двое остальных уже почти выздоровели, но у Филипа слабая грудь, поэтому в его случае выздоровление несколько затянулось. Однако на сей раз Филип оказался уже на ногах, был вполне бодр и почти не кашлял. Миссис Блессид тоже пребывала в отличном расположении духа и явно очень радовалась, что мальчик идет на поправку. Ей явно хотелось усадить меня за стол, угостить чашкой чаю и поговорить. (Чай – такой скучный напиток, а в дни посещения больных нам, докторам, приходится по столько раз на дню его пить.)