Читаем Сломленные Фейри полностью

Я не отпускала его руку, даже когда он ударил кулаком со льдом по моим ребрам, и боль разлетелась по моему телу так ярко, что мне захотелось кричать. Я принялась трясти его изо всех сил, следуя естественной склонности моего Волка, и свалила его с ног, так что он метался в моих челюстях взад-вперед, как тряпичная кукла.

Я знала, что мое мгновенное преимущество не продлится долго, но когда два члена его стаи отвернулись от щенков и бросились на меня, победа пронеслась в моем теле.

Феликс бросил в меня еще одну струю воды, и я отлетела от него, кувыркаясь по лесной почве и лая яростным тоном Альфы на двух щенков, которые теперь были без охраны и могли свободно бежать.

Они мгновенно последовали моей команде, сместились и помчались прочь в деревья, прежде чем два взрослых Оборотня смогли пуститься в погоню.

Мое сердце взлетело, когда я осознала, что у меня получилось, и я взвилась вверх с возбужденным воем, даже когда оказалась в окружении стаи Феликса.

Но мне было все равно, что они поймали меня, потому что моя стая была в безопасности. И если их безопасность стоила мне жизни, то я была согласна с этим. A morte e ritorno.

— Ты обманчивая, вероломная маленькая сучка, — рычал мой отец, пробираясь между Волками, которые кружили вокруг меня, словно я была свежей добычей, которую они так и жаждали разорвать на части.

Я оглядела их всех, понимая, что мне не сбежать, если только щенки не приведут тетю Бьянку и других взрослых Оборотней, чтобы помочь мне в ближайшее время, и перешла обратно в форму фейри, чтобы я могла поговорить с ним.

Я высоко подняла подбородок, стоя перед человеком, который привел меня в этот мир. Он позволил мне страдать под присмотром женщины, которая называла себя моей матерью, а затем вырвал меня из ее рук, когда решил, что хочет сделать из меня оружие. Я страдала под его мнимой опекой слишком долго, пока Бьянка не узнала обо мне и не настояла, чтобы я приехала и жила с ней здесь, спасая меня от ужасов, которым он подвергал меня, чтобы сделать из меня существо по своему образу и подобию. Но я никогда не буду такой, как он. В моих жилах текла кровь настоящего Оскура и настоящего Альфы. Я бы ни за что не стала послушным щенком, какой он хотел меня видеть.

— Я не та, кто повернул против нашего истинного Альфы, — рычала я, получая удовлетворение от того, как он поморщился, прижимая свою руку к его поврежденной руке, чтобы залечить нанесенный мной ущерб. Это должно было быть больно — позволить непробужденному фейри подойти настолько близко, чтобы причинить такую боль. Я была всего лишь ребенком, его ребенком, а я преодолела его защиту так же легко, как дыхание, и отхватила от него кусок прямо на глазах у его стаи. Вкус его крови, остававшийся на моем языке, был одним из самых сладких, что я когда-либо испытывала. Но по его глазам я поняла, что мне придется за это заплатить.

— Истинный Альфа — это тот, кто достаточно силен, чтобы привести нашу стаю к победе, — прорычал Феликс. — Данте не нападет на наших врагов, если они не нападут на него первыми. Он ходит в школу с Райдером Драконисом и не предпринял ни одной попытки убить его во сне, как следовало бы.

— Данте никогда не совершит такого трусливого поступка, — прошипела я. — Когда он решит, что пришло время уничтожить лидера Лунного Братства, он бросит ему вызов, как истинный фейри, и победит в честном бою. Но, конечно, тебе плевать на честь и на то, чтобы доказать, что ты самый сильный фейри, потому что мы все знаем, что это не так.

Он ударил меня по лицу с такой силой, что я увидела звезды еще до того, как упала на землю, и вкус моей собственной крови заполнил мой рот.

Знакомый вой Волков, мчащихся к нам, заставил мое сердце взлететь на мгновение, когда я узнала голос моей тети, но не успела я даже понадеяться на это, как мир закрутился и завертелся вокруг меня.

Я задохнулась, когда звездная пыль опустила меня на холодный бетонный пол, и в замешательстве огляделась вокруг, оказавшись в старом сарае, который, как я поняла, находился на окраине поместья Феликса. Я знала это, потому что он приводил меня сюда и заставлял смотреть, как он пытал до смерти бесчисленных членов Лунного Братства.

По бокам огромного здания появились новые дополнения — линии металлических клеток, похожих на собачьи конуры, тянулись по всей длине помещения, в каждой из них находился по крайней мере один из похищенных щенков, которых он крал, и в каждой из них было лишь тонкое одеяло и ведро.

Его стая вернулась в свои формы фейри вокруг меня, а я осталась на полу, стараясь казаться неугрожающей, оглядывая это место и пытаясь придумать план побега или, по крайней мере, свой следующий шаг. Обнаженные взрослые переместились к куче одежды в стороне от бетонного пространства, в которое меня бросили, и начали одеваться. Я вздрогнула, когда мне бросили рубашку и пару брюк, но потом поняла намек и быстро оделась.