Читаем Сломанные побеги полностью

— Вы знаете рецепты, Лена, как можно посмотреть на себя со стороны, не используя зеркало?

— Наше знакомство началось с «ты», а теперь «вы». Регресс.

— Согласен. Меня тоже называйте по имени. Так будет проще.

— Попробую, если получится. Моя карьера начиналась с наблюдений за собой. Я начинала работать в редакции небольшого сибирского городка, где выпускались три конкурирующие между собой газетенки. Событий в городе происходило много, тем хватало. Несколько бандитских группировок, Академгородок, сталелитейный комбинат, мебельная фабрика, леспромхоз, угольный комбинат, хорошие заработки, вследствие чего бесчисленное количество ресторанов, саун и борделей. За что ни возьмись, сплошные разоблачения и сенсации. Не касались только коррупции. Руководство в ней погрязло по самые уши. Милиция тоже. Что-то похожее я читала в одной из ваших книг. Интрига у вас интересная, но правда скучней и жестче.

— Я сочинитель, вы хроникер. В беллетристике правду не ищут. Это развлечение. Место для истины отведено документалистам и они должны излагать факты.

— Этим я и занималась. Набивала себе руку. Вела собственные расследования, копалась в грязи, совала везде свой нос.

— И уцелели? Странно. Только в романах главный герой бессмертен. Обратите внимание, всех вокруг него всегда убивают, а его нет. В лучшем случае оглушают в подъезде. Логики никакой. Зачем убивать всех моих друзей и родственников, когда проще убить меня одного. Нет, нельзя. Это конец повествования. А кто будет мстить? Нужен положительный герой. Кому-то надо сочувствовать и за кого-то болеть. Искусственный подогрев интереса к книге. Но если речь не идет о милиционерах, к которым потеряно доверие читателя, то героем должен стать любой из нас. Похожий на нас человек. Честный, порядочный, отличный семьянин, труженик, добрый, умный и еще десяток определений со знаком плюс. Но как его заставить перешагнуть черту закона? Ничего нового никто не придумал. Против него надо выставить монстра. Милиция бессильна, его загоняют в угол, родным грозит смертельная опасность и он встает на тропу войны ради торжества справедливости. Вопрос в другом. Насколько убедителен будет автор. Эксплуатируемый десятилетиями сюжет переходит по наследству от одного писателя к другому. А дальше в работу вступает талант. У кого на что хватит фантазии. Кто будет заразительнее. По жизни, как вам известно, все не так.

— В ваших книгах не всегда герои положительны.

— Это минус, а не плюс. Я могу себе позволить писать так, как считаю нужным. У меня есть свой читатель. Однако ни одна книга с отрицательным героем не взята на экранизацию. Уже минус. Мы боремся против жестокости на экране. Жестокость должна быть оправданной. Но об этом я уже говорил. Журналисты информируют читателя и зрителя о совершенных фактах. С избытком. И вас в жестокости не обвинишь.

— Вот только писателей не убивают за фантазии, а репортеров за правду уничтожают.

Машина остановилась возле ворот с табличкой.

«Усадьба Суханово. Памятник архитектуры XVIII века»

Они вышли и направились по центральной аллее вглубь парка. Свежий воздух, щебетание птиц, легкий теплый ветерок. Павел не сводил глаз с девушки. Пока они ехали, она имела ту же возможность и пользовалась ею. Смело и не очень скромно. От ее пристального взгляда он немного нервничал, а потому не закрывал рот, философствуя на тему плохой и хорошей беллетристики. Теперь он мог себе позволить разглядывать свою спутницу, а она смотрела под ноги, не поднимая глаз.

— Итак, Леночка, ты мне обещала рассказать о взгляде со стороны на самого себя.

— Все очень просто. Я работала в одной из трех газет, где имелись свои звезды репортажа. Известные по местным меркам, журналисты. Их имена в газете гарантировали продажу тиража. Я же сидела на заметках, как молодой, неопытный специалист. Времени вагон. Как-то на улице ко мне подошла женщина и сунула в руки письмо, после чего тут же исчезла. Обычная анонимка на одного из начальников леспромхоза. Отнесла редактору. Он пожал плечами и сказал: «Скандала не получится. К этим ребятам не подступишься. Потеря времени». Я начала копать самостоятельно. Все верно. Подступиться к махинациям леспромхоза дело не простое. Они гнали лес в Китай огромными партиями. Но мне удалось распутать клубок. С большим риском, но получилось. Я сделала серию статей на эту тему и показала редактору. Бомбочка с часовым механизмом. Запускать надо всю серию подряд, пока не опомнились. Шесть статей за шесть дней. От безобидного случая до полного разоблачения. По возрастающей.

Но редактор мне тут же объявил:

— Деньги ты получишь и немалые. Но тебе читатель не поверит. Нужно имя. Статьи пойдут под Татьяниной подписью. Тогда из них получится взрыв.

Таня входила в звездную тройку авторов газеты. Правда, звали ее не Таней. Все предпочитали работать под псевдонимами. Смешно, конечно, если полгорода знают друг друга.

Я согласилась. Хотела увидеть реакцию, а имя меня не интересовало. Важен результат.