Читаем Слом (СИ) полностью

Маг достал принесённую с собой свечу и перешагнул порог. На ковре было отчётливо видно пятно засохшей крови, оставшееся на том месте, где лежало тело, пока не ушло дымом. Яль-Яль установил свечу рядом с пятном, но передумал и перенёс её в самый центр, зажег фитиль.

— Наставник... — человек сел на пол и усмехнулся. — Наставник. А как мне теперь быть?! Что мне-то делать?

Огонёк свечи не спешил отвечать, лишь равнодушно уворачивался от едва заметного колыхания воздуха. Ведь это просто огонёк свечи, он маленький и глупый, он знает как гореть и не хочет гаснуть, он игривый и молчаливый, но если расшалится и схватит, помимо фитильк,а что-то ещё, то может натворить бед. Но это всего лишь огонёк зажженной свечи.

— Я не жалею о сделанном мной. Я был прав. Этому необходимо было положить конец, пусть даже и такой. Но я-то не эльф, будь неладен этот эксперимент, Наставник! Только после стольких лет как мне жить человеком?

Яль-Яль долго сидел молча, смаргивая пляшущие перед глазами точки и вновь осматриваясь, гася по привычке следы чужих заклятий. Вокруг лежали, наверное, сотни листов с записями мага и вырванные из попадавших с полок книг. Многое из этого было уникальным, достойным самого почётного места в библиотеке... А теперь фолианты ценой в сотни золотых монет оказались почти уничтоженными и потребуется немало времени, чтобы хотя бы попытаться восстановить их.

Только есть ли смысл потратить годы, восстанавливая библиотеку, сведшую Наставника с ума? И есть ли хоть какой-то шанс при этом не повторить судьбу Яль-Паларана? Проверять молодому магу не захотелось.

— Ну и зачем всё это? — вновь спросил он у огонька. — Что осталось от такой долгой жизни, Наставник? Быть сильнейшим... а пасть от руки юродивой. Только имя Яль-Паларана так и останется в хрониках магов окрашенным чёрным. А Катя стала легендой среди людей. И я всё же человек, который с детства притворялся эльфом. Так что, наставник, не сердись, но она оказалась права. Я виноват перед вами обоими, но постараюсь прожить остаток своей жизни так, чтобы она одобрила.

Маг щелчком пальцев погасил почти прогоревшую свечу и вышел из осиротевшего кабинета. Сорень теперь знал, зачем нужна его искалеченная жизнь. И времени ему хватит.

***

В Королевствах было неспокойно. Войска с лета завязли в постоянных передислокациях, проводя дни в бесконечных маршах. Генералы будто бы сговорились и теперь переставляли отряды солдат, перекрывая ими дороги, и постоянно отправляющие сбившихся с ног гонцов в немыслимых раньше количествах.

Вот и этот немаленький отряд медленно брёл по дороге. Солдаты хмурились и прятали озябшие руки в рукава или карманы, сердито поглядывая на троицу своих командиров. Они ещё несколько часов назад догадались, что давешнее веселье эльфов не прошло бесследно, то есть отряд просто-напросто заблудился. А сами эльфы шипели друг на дружку громким шепотом, обвиняли всех по очереди, но пытались всё же держать лицо.

В самом хвосте колонны из тридцати человек брёл молодой мужчина, сбежавший год назад из родной деревни, лишь бы не старостиной девке не жениться. Сейчас он всё больше замедлял шаг, прислушиваясь и озираясь по сторонам.

«Ты получишь всё, чего жаждешь»

Слова мерещились в шуме ветра, но вокруг был обычный лес.

«Ты нужен мне. Здесь холодно. Подари мне крохи тепла»

Плач мигнул солнечным бликом среди сверкающего наста.

«Жду. Я жду тебя. Прошу, не покидай...»

Показалось в хрусте ветки, растоптанной ногами товарищей. Голос тревожил и преследовал, и навязчиво жужжал. От него не получалось отмахнуться, как не выходило и поймать страдальца за хвост.

Пока солдат терзался сомнениями, отряд остановился на внезапный привал. Командиры о чем-то спорили уже в полный голос, а рядовые шмыгали носами и отворачивались. Отряд вышел к перекрёстку, на котором стоял дорожный указатель: «Дикие Земли».

«Приди и ты сможешь изменить мир. Приди, я расскажу о мире добра, справедливости, о мире, в котором все счастливы»

— Идем в обход! — скомандовал капитан — эльфы, наконец, договорились.

Но отряд продолжил путь, а один солдат остался. Он хотел окликнуть командира, но слова замёрзли на губах. Зима стала слишком холодной, а с той стороны чувствовался тёплый ласковый ветер, и голос, что шептал для него, просил... И солдат повернул в другую сторону, оставив товарищей за своей спиной.

Солдат шел быстрым шагом, больше не оглядываясь по сторонам. Казалось, что перед ним светится путеводная стрела, указывающая дорогу. И, погруженный в стремление к неизведанной цели, он не заметил, когда вокруг исчезли сугробы и рядом с ним появился его провожатый. Высокого большеглазого мужчину солдат увидел, только когда оглянулся, стоя у подножия угрюмого Храма.