Читаем Слоеный мир полностью

Катя хипповала. С наступлением лета она облачилась в джинсу, соорудила себе из бисера фенечки на руки, повесила на спину небольшой рюкзачок, сшитый из разноцветных кусочков кожи, и отправилась из Нижнего Новгорода в Санкт-Петербург, чтобы наконец-то своими глазами взглянуть на столицу русского рока.

Она происходила из бедной семьи. Отец Катерины, бывший водитель грузовика, нынче совсем спился и, после того, как у него отобрали на год водительские права, сидел без работы. Весь дом теперь держался только на скромной зарплате мамы, которая вот уже двадцать лет подряд водила трамвай по одному и тому же городскому маршруту и все время где-нибудь подрабатывала. Сейчас мать надрывалась, чтобы выучить Павлика, старшего брата Кати, студента третьего курса мединститута.

Естественно, на летнее путешествие девочке денег из семейного бюджета никто не выделил. Поэтому в Петербург она добиралась автостопом. Но ее жизнь дома была такой серой и тусклой, что Катя была готова на любые жертвы и приключения, лишь бы набраться за лето новых впечатлений, пусть даже и приправленных острыми ощущениями, которые помогут ей пережить следующий ненавистный учебный год. С трудом, на шести разных машинах, где-то расплачиваясь за услуги водителей, а где-то и нет, она добралась до Москвы. Там Кате повезло больше: на шоссе попался какой-то престарелый пижон на потрепанной иномарке и бесплатно, болтая всю дорогу, довез девочку до города на Неве.

В свои шестнадцать лет Катя просто бредила рок музыкой. Она обожала «Битлов», но русский рок ей нравился ничуть не меньше. Заочно она давно влюбилась в Петербург. В этом городе было нечто необычное, ведь именно здесь зародились и обрели известность ее любимые старые группы «Кино», «Алиса», «Наутилус помпилиус» и, конечно, «Аквариум». Борис Борисович Гребенщиков был для Катерины кумиром не меньшим, а может, и большим, чем сам Джон Леннон. Конечно, она очень хотела бы поехать на родину «Битлз», в Англию. Но пока о таком путешествии оставалось только тихо мечтать, а вот добраться до Питера было вполне реально.

Школу и все связанное с ней Катя терпела с трудом. Правда, в учебе она никогда не была в числе отстающих детей. Школьную жизнь Екатерины можно было бы назвать вполне даже благополучной, если бы не то обстоятельство, что сверстницы совершенно не разделяли ее музыкальные вкусы. Большинство девочек в классе обожали попсу. Им безумно нравились пошлые однодневные песенки, и к любому инакомыслию в этой области они проявляли доходящую до агрессии нетерпимость. Они дразнили Катерину, оскорбляли, постоянно всячески унижали, и, иногда, даже били. Поэтому ходить в школу для Кати часто было настоящим мучением, не только моральным, но и вполне физически ощутимым. Но она имела твердый характер, и издевки одноклассниц только укрепляли ее веру в идеалы рок музыкантов. Чтобы отстаивать свои идеалы, она изучала карате и айкидо, а еще училась метать ножи. Так что слишком уж беззащитной Катя не была. Она знала, что каждый день жизни вызывает на бой, как пел Виктор Цой, и стремилась хорошо подготовить себя к этой ежедневной битве. «Ты должен быть сильным. Иначе, зачем тебе быть?», — твердила Катя самой себе слова из песни группы «Кино», тренируясь.

Катерина могла полагаться только на себя саму: мать собиралась отправить дочь по своим стопам, — работать водительницей трамвая, как только та окончит школу. Ни сил, ни денег, учить дочку серьезно у матери уже не было. В свои сорок три года из-за тяжелого постоянного труда, мама Кати была уже очень больной физически и одряхлевшей духовно женщиной. Главной своей задачей она считала успеть выучить сына до того, как силы окончательно покинут ее.

Но Катерину такая перспектива не устраивала. Она мечтала о свободе, и ее основной целью на ближайшее будущее было уехать подальше от своей убогой семьи с ее однообразным унылейшим существованием. В Нижнем Новгороде Катя ни за что оставаться не хотела, и рассчитывала сразу после школы на свой страх и риск смыться от родителей в Москву, или в Питер, и поступить там учиться в какой-нибудь языковой вуз. Ее любимым предметом был английский язык — родной язык участников группы «Битлз». Поэтому, чтобы воплотить в жизнь свой план, Катя просто не могла позволить себе роскошь плохо учиться.

И вот теплым июльским утром, Катя, наконец, оказалась в Петербурге на углу Невского и Владимирского проспектов, прямо около бывшего «Сайгона». Она рассматривала это место, где теперь расположился отель, с нескрываемым восхищением. И вдруг рядом с ней остановился человек на кого-то очень похожий.

Он не сразу обратил внимание на эту темноволосую сероглазую девчонку в потертых джинсах и с разноцветным рюкзачком. Восхищение, с которым она глядела по сторонам, красноречиво говорило о том, что девочка явно не местная. Понаблюдав за ней немного, он подумал: «А почему бы и нет? Чем моложе, тем мощнее жертва». Она одиноко стояла на перекрестке, среди снующей толпы, и он решительно подошел к ней.

— Вы кого-нибудь ждете? — Спросил он.