Читаем Слоеный мир полностью

Артем добрался до Кронверской набережной, до той ее части, которая примыкает к Биржевому мосту. Отсюда открывался великолепный вид, на Петропавловскую крепость и на саму Неву, вода которой в этот солнечный яркий июльский день сверкала разлившимся золотом. На противоположной стороне реки возвышался величественный Эрмитаж, а справа и ближе — стрелка Васильевского острова, украшенная Растральными колоннами. Наслаждаясь прекрасным видом, у высокого гранитного поребрика на маленьком раскладном стульчике с брезентовым верхом за мольбертом сидел художник. Рядом, вдоль края тротуара, на двух самодельных подставках висели несколько небольших картин.

Увидев приближающегося Артема, художник поднялся с брезентового сидения во весь свой высокий рост, двинулся навстречу и заключил Артема в объятия.

— Сколько же я тебя не видел, Тема? Подумать только, больше года прошло! — Восклицал художник, высокий темноволосый мужчина лет тридцати на вид, похлопывая Артема по спине своими большими, совсем не художественными руками.

— Извини Славик, что никак не мог к тебе выбраться, зато ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть. — Широко улыбаясь, отвечал ему Артем.

— А знаешь, я в последнее время о тебе часто думал и пришел к выводу, что есть в тебе нечто замечательное! — Выпустив Артема из объятий и, отступив чуть назад, сказал Святослав.

— А у тебя-то, сколько всего замечательного появилось, — произнес Артем, рассматривая новые работы художника.

Странные пейзажи были изображены на этих картинах. Бескрайние каменные россыпи, переходящие к горизонту в море или сливающиеся с небом. Необычные сиреневые горы с устремленными ввысь не то гейзерами, не то огненными столбами. Удивительные фиолетовые равнины с золотыми световыми дорожками, бегущими вдаль. Луга серебристых трав и невиданных цветов с лепестками потрясающих оттенков. Но во всех картинах было общее: ощущение света, идущего изнутри.

Святослав усадил Артема на свой раскладной стул, сам пристроился рядом на гранитном поребрике и сказал, обращаясь к Артему:

— Ну, выкладывай, что делал целый год.

После всех необъяснимых последних происшествий Артем очень хотел высказаться, посоветоваться с кем-нибудь, кто не станет смеяться над его странными видениями и подозрениями. И художник Святослав был именно таким человеком. Познакомились они еще в то далекое время детства, когда оба посещали художественную студию. Правда, Артем вскоре студию бросил, а Святослав пошел дальше, окончил художественное училище, и творчество стало для него основной профессией, но общение их, несмотря на это, продолжалось уже больше пятнадцати лет.

Встречались они нечасто, зато постоянно. В месяц пару раз обязательно перезванивались и делились друг с другом взглядами на происходящие вокруг перемены. Святослав был приятным в общении человеком, ненавязчивым и всегда умеющим как высказаться, так и выслушать собеседника. Темпераменты их были похожи. Будучи детьми, они, в отличие от большинства сверстников, не любили шумные игры, предпочитая спокойные и неторопливые шахматы. И еще одно качество Артем очень ценил в Святославе: Святослав был, пожалуй, единственным человеком, из всех кого Артем достаточно хорошо знал, кто никогда не пытался использовать других людей в своих целях или навязывать им свое мнение. В их дружеских отношениях совершенно отсутствовала какая-либо корысть. Скорее эта дружба основывалась на схожести взглядов на вещи и явления, на близости понимания мира.

Артем рассказал Святославу обо всех последних происшествиях, подробно остановившись на своих необычных снах и видениях. В доказательство своего рассказа он извлек из кармана и показал художнику зеленую пирамидку, оставленную Мариной.

— Скорее спрячь. Похоже, за нами наблюдают, — быстро взглянув на зеленую вещицу сказал художник, глазами указывая куда-то в сторону. Метрах в двадцати ниже по набережной у ограждения, на фоне Петропавловской крепости, как будто бы любуясь красотой Невы, стояли двое высоких мужчин в узких солнцезащитных очках, белых рубашках и черных брюках и время от времени посматривали в сторону Артема.

— Да, этих типов я заметил еще в метро, но я понятия не имею, кто они такие и что им от меня надо, — приглядевшись, сказал Артем.

— Ничего, я знаю хороший способ от них улизнуть на время, чтобы поговорить спокойно и без свидетелей. — Успокоил друга художник.

— Но как же твои картины? Ведь их нельзя оставлять, а с такой кучей вещей далеко не убежишь, — сказал Артем.

— А мы не будем убегать в обычном смысле. По крайней мере, они наш побег вряд ли заметят, — проговорил художник, весело сощурившись.

— Но как мы это сделаем? — Недоуменно спросил Артем.

— Видишь вот эту ближайшую к нам картину? Попытайся настроиться на пейзаж и представь, что оказался там внутри на каменистом пространстве, — просто сказал художник, как будто речь шла о чем-то очень обыкновенном.

— Ты хочешь сказать, что можно перейти в картину? Но это же невозможно! — Воскликнул Артем. Художник посмотрел другу прямо в глаза и очень серьезно сказал: