Читаем Слепые поводыри полностью

– Куда? – ужаснулся Андрей. – Ты куда нас тащишь? Там сейчас трактор гусеничный не пройдет.

– П-пройдет, – сказал Сувенир. – Я же – п-прошел.

Когда добрались до края балки, жизнь бомжа уже висела на волоске. На обувь было страшно смотреть. Вдобавок Андрей поскользнулся, спускаясь по склону, и стали они с Сувениром близнецы-братья: задница и правый бок – что у того, что у другого.

– Ну, гад! – с пеной у рта пообещал Андрей. – Ты у меня из этой балки не выберешься! Уроем, блин! Вот попомни мои слова!

– Где-то здесь… – пробормотал Сувенир, обводя заросли мутными глазами. – Во!

Продрался сквозь кусты, туда, где было еще грязнее, затем обернулся и с таинственным видом поманил остальных.

– Сувенир! – слегка дребезжащим от бешенства голосом предупредил Игорек. – Вот если сейчас выяснится, что ты нас тащил зря… Сдыхать будешь зимой – в котельную не пущу… Ты меня понял?

Выговорив эту угрозу, пролез за ним – и приостановился озадаченный. Посреди истоптанной промоины, представлявшей собой месиво глины и снега, имело место некое дрожание вечернего воздуха. Дальнейшее было похоже на бред. Сувенир сунулся в прозрачное это облачко головой – и исчез по пояс. Перед остолбеневшим Игорьком остались только разъезжающиеся в глинисто-снежной хляби ноги Сувенира и то, откуда они росли. Остальное как бы размыло.

Бомж выпрямился, снова явив себя полностью, и повернул к Игорьку чумазое удовлетворенное мурло.

– Порядок… – успокоил он и, высоко поднимая грязные, похожие на картофелины боталы, ушел в небытие окончательно.

Сзади затрещали кусты. Молодое поколение продиралось к месту событий.

– Не понял, – злобно скрипнул за плечом голос Влада. – Где этот козел?

Тут до Игорька дошло, что он нечаянно заслонил ребятам обзор, поэтому само исчезновение бомжа те просто проглядели. Сглотнув, заставил себя протянуть руку – и руку размыло по локоть. Пошевелил невидимыми пальцами, сжал и разжал кулак. За спиной стало очень тихо.

– Так он… там, что ли? – испуганно шепнул кто-то – не то Влад, не то Андрей.

Не отвечая, Игорек выдернул руку и, не веря, уставился на трясущиеся пальцы.

Затем из прозрачного облачка, напоминавшего также клуб вьющейся мошкары, вновь вылупилось обиженное мурло Сувенира.

– Ну вы чего отстаете-то?

Мерный отдаленный грохот, внезапное тепло – и солнечный свет, яркий даже сквозь плотно зажмуренные веки… Медленно, со страхом Игорек открыл глаза.

Он стоял на ослепительно белом песке, полого уходящем в прозрачную воду большой лагуны, а впереди, метрах в пятистах от него, подобно руинам крепостной стены из воды выпирал мощный хребет кораллового рифа, вдоль которого с пушечным гулом катились пенные буруны. Справа от Игорька росла скорее вбок, чем вверх сильно искривленная пальма. Ее растрепанная крона почти касалась песка. А дальше, отступя шагов на двадцать, начинались непроходимые заросли – тоже пальмовые. Перистые листья, позвоночные стволы.

Потом пейзаж заслонила совершенно не вписывающаяся в него испитая морда, перекошенная шалой улыбкой. Знакомый перегар перебил на секунду свежее дыхание океана:

– Во гремит! Чисто в цехе! – в полном восторге просипел Сувенир. – Не хотел, да? Идти – не хотел?

Влад и Андрей тоже стояли, замерев и чуть отшатнувшись, и только глаза их перебегали испуганно с пальмы на лагуну, с лагуны – на риф.

– Это что? – выдохнул наконец Андрей. Возможно, Игорек хотел ответить, но не смог, ибо рот был накрепко запечатан его же собственной ладонью. Насыщенный йодом и солью ветер разбередил обнаженные нервы – и зубы заныли вновь.

– Скажи, курорт? – куражился Сувенир. – Анталия… Пальмы сами растут, понял? И до магазина двести метров…

Почувствовав, что еще минута-другая – и тепловой удар ему обеспечен, Игорек, не отнимая ладони от губ, сорвал свободной рукой лыжную шапочку и, сунув ее под мышку, стал судорожно расстегивать пальтецо. Андрей последовал его примеру. Влад посмотрел на них дикими глазами и, круто повернувшись, наполовину исчез в зыбком, слабо подрагивающем облачке, через которое они только что попали на этот неведомый островок в неведомом океане.

Потом появился снова.

– Ну? – хрипло спросили его.

– Балка… – не менее хрипло ответил он.

– Обратно пролезть можно?

– Да чо вы боитесь? – с веселым превосходством сипел Сувенир. – Все проверено, все работает.

Троица озиралась. Из-под изгвазданной в нездешней грязи обуви шустро разбегались по белому промытому песку кроваво-красные раки-отшельники. Над пальмовой рощей, подобно пуху из распоротой подушки, беззвучно кружили птицы. А может, и не беззвучно, просто крик их тонул в шуме прибоя. Уже ясно было, что плоский как блин островок – далеко здесь не единственный, что островков таких вдоль рифа протянулась целая цепочка.

– Где мы? – отрывисто произнес Андрей, обращаясь в основном к Игорьку.

Тот наконец рискнул отнять ладонь от сомкнутого рта.

– В Океании где-то, – осторожно выпершил он.

Лица у всех троих были осунувшиеся.

– Во где зимовать! – ликовал Сувенир. – Ты понял? А то – напужал ежа… В котельную не пустит…