В том, что его знакомец может иметь какое-то отношение к смерти старика Юркевского, Григорий не сомневался. Однако он не верил, что именно Франц убил старого партизана — слишком уж трусоват. А как насчет убийства по неосторожности, тут же спросил он самого себя и остановился. Сидевший на заборе кот, на всякий случай выгнул спину.

— Спокойно, котяра, к тебе вопросов нет, — сказал ему Григорий и двинулся дальше.

Размышляя таким образом, он миновал два квартала и, свернув направо, зашагал в конец улицы, туда, где в старой, но крепкой еще избенке своих рано умерших родителей жил Франц Куцый.

Кажется, хозяин дома появлению гостя не удивился.

— Что это тебя на ночь глядя принесло? — спросил он, доставая из буфета второй стакан.

Григорий осмотрелся и пододвинул к себе табуретку.

— Не надо, — остановил он Франца. — Не пью я.

— Ну и зря, — ответил тот и налил себе полную. — После трудового дня надо расслабляться, а иначе, как теперь говорят, крыша поедет.

— Ты ж нигде не работаешь, зачем тебе расслабляться?

— Это только кажется, — Франц хитро взглянул на гостя. — Рассказывай, чего пришел.

— Разговор у меня есть к тебе, — начал Григорий. — Серьезный.

Франц снова наполнил стакан и вдруг громко стукнул ладонью по столу.

— Гриша, ты не темни со мной. Я ж тебя насквозь вижу. Насчет камня пришел?! Да или нет?!

— И камня тоже, — спокойно продолжал пришедший, не под-даваясь на нажим.

— Ладно, валяй…

— Знаешь, я тут подумал, может нам стоит попробовать вос-пользоваться твоей подсказкой.

— Какой подсказкой? — не понял Франц.

— Камнем.

— Дальше…

— Судя по всему, камень должен как-то отреагировать на приближение к тайнику с Апостолами, — продолжал Гриша. — Не знаю как, но это непременно должно произойти. Может быть, для этого нужны какие-то особые условия.

— Что за условия?

— Не знаю… Время там или еще что-то. Благоприятствующие. Понимаешь?

Франц почесал затылок.

— Угу, — промычал он. — И что?

— А то, что я, кажется, знаю, как определить эти условия.

Куцый, не спуская глаз с Григория, ощупью нашел пачку сигарет, так же не глядя, вытряхнул одну и закурил. Кожа на скулах у него натянулась и блестела в тусклом свете единственной лампочки, отливая свинцом.

— И что ты хочешь? — тихо спросил он, выпуская в лицо гостю струйку дыма.

— Половину, — коротко ответил Григорий, выдерживая тяжелый взгляд будущего компаньона.

— По рукам!

— Это не все.

По лицу Франца поползла кривая улыбка.

— Что значит не все?

Григорий сглотнул слюну и, чувствуя, как нарастает сердцебиение, громко и отчетливо задал вопрос:

— Это ты убил старика Юркевского?

31

4 июня 1942 г. Несвиж

Латиноамериканская тропическая лихорадка неизвестного генеза приковала доктора Вагнера к постели. На следующее утро после того, как Генрих отвез босса в гостиничный номер и, вернувшись в ресторан, успел выпить пару рюмок за знакомство с невяжущими лыка Гетлингом и Штольбергом, он постучался в апартаменты на втором этаже. В руках пунктуального Генриха был бидончик молока, столь необходимого для скорейшего изгнания тяжелой хвори.

— Кто там? — раздалось из-за двери.

— Доброе утро, доктор, — я принес вам молоко, как вы просили.

— Оставьте у входа, чуть позже я его заберу, — ответил Вагнер. — Пожалуй, я проваляюсь в этих убогих апартаментах несколько дней. Не удивляйтесь, мой друг, но открывать дверь я не буду. На то есть две причины, одна из которых — я не желаю, чтобы вы меня видели в неприглядном состоянии, а вторая… Вторая — черт его знает, каким путем распространяется эта тропическая болячка. Быть может, и воздушно-капельным. Боюсь, как бы вас не заразить. У нас и так времени в обрез, не хватало еще, чтобы и вас свалило с копыт. Вы мне необходимы бодрый и здоровый.

— Что-нибудь еще, доктор? Может коньяк, минеральная вода, еще молока? — поинтересовался Генрих, с опаской отстраняясь от двери. «Вот сволочь, — подумал он, — не мог вчера предупредить о своей заразе. Нужно будет срочно зайти в аптеку и купить что-нибудь для профилактики. Широкого спектра. От этого мракобеса можно ожидать чего угодно, вплоть до пандемии лепры от Берлина до Сталинграда».

— Ничего не нужно, кое-какие запасы имеются, да и поголодать в моей ситуации полезно. Если что-нибудь понадобится — доставят с рецепции, — ответил Вагнер. — Единственное о чем я вас попрошу, так это принести планы замка. Кое-что прояснилось, и мне кажется, я смогу сам найти интересующую нас комнату. Но и вы тоже не теряйте времени даром, отправляйтесь к этому, как его, Штольгенбергу, получайте пропуск в замок и приступайте к поискам. Как только я оклемаюсь, я вас сам найду. До встречи.

— Штольбергу, — поправил Генрих. — Подождите, господин Вагнер, планы у меня с собой. — Он положил конверт на пол и ногой просунул его краешек под дверь. По ту сторону раздалось кряхтение, и бумаги исчезли. — Желаю выздоравливать, доктор.