Читаем Следопыт (ЛП) полностью

Спустя, казалось, целую вечность, но, возможно, прошло всего пару минут, последняя машина федаинов с грохотом проехала мимо. У меня возникло тревожное, болезненное чувство, когда я ждал, не заметили ли нас его обитатели. Я хорошо контролировал себя, и моя голова все еще была на месте, но моя гортань была напряженной и сухой от всего напряжения. Я испустил долгий вздох облегчения, когда последняя машина федаинов на полной скорости и без задержек проследовала на север. Они явно нас не видели.

Это был мобильный отряд численностью около 200 человек, охотившиеся за нами, с десятками ДШК, установленных на автомобилях. Теперь было ясно, что мы, должно быть, прошли через пару крупных позиций противника на юге, если им удалось организовать конвой такого размера и смертоносной мощи. Вы никогда не набирали в отряд охотников более 25 процентов от вашей основной численности, поэтому мы должны были предположить, что к югу от нас было размещено до 1000 иракских военнослужащих, а возможно, и гораздо больше.

Мы хранили молчание и наблюдали за ситуацией. В течение пяти минут мы наблюдали, как задние фонари становятся все меньше вдалеке. Эти пять минут показались мне пятьюдесятью. И затем, примерно в 3 километрах впереди нас, мы увидели ряд мигающих стоп-сигналов, красных и сердитых в ночи. Наблюдал, как машины федаинов замедлили ход и съехали с дороги на восточную сторону. Было немного маневрирования взад-вперед, просто золотое сияние в лучах их фар, затем все огни погасли.

Темнота.

Двигатели заглушены.

Тишина.

Я решил, что они должны были знать, что мы направляемся на аэродром Калат-Сикар. Они, должно быть, знали, что двигаются быстрее нас и что они обогнали нас где-то на дороге. И вот теперь их засада была устроена. Все молчали, уставившись на то место, где вражеский конвой застыл на месте. Я знал, о чем думали остальные парни: как, черт возьми, мы собирались добраться до аэродрома, когда на нашем пути стояла эта маленькая компания?

Мы должны были подготовить аэродром для часа «В» 1-го ПДБ, чтобы могла прибыть первая волна воздушного десанта. К этому времени они разместили бы парней из 1-го ПДД где-нибудь рядом со штабом бригады, где они погрузились бы с в «Чинуками» и взлетели. Они не поднялись бы в воздух, если бы не получили от нас сигнал, дающий зеленый свет, и они не выпустили бы «Чинуки», если бы мы не отметили ВПП, это было точно.

«Чинуки» должны были мотаться с одной воздушной миссии на другую, и, скорее всего, у них был только определенный временной интервал, чтобы доставить мальчиков в Калат-Сикар. Было жизненно важно, чтобы мы попали в час «Ч». «Чинуки» летают на высоте не более 10 000 футов, поскольку у них нет кислорода для десанта, который они перевозят. От ПОБ до Калат-Сикара было около часа полета. Таким образом, с того момента, как мы дадим зеленый свет, пройдет минимум час, прежде чем десантники прибудут в сопровождении штурмовых вертолетов. Соблюдение тайминга было очень важно.

Но у меня росло ощущение, что время и судьба быстро оборачиваются против нас. Если бы мы двинулись дальше по трассе № 7, то, несомненно, забрали бы с собой много федаинов. У нас было преимущество ПНВ, которое давало нам некоторую скрытность и внезапность, но не было никаких сомнений в том, что мы будем уничтожены. Нашим единственным шансом выполнить задание было оставаться скрытными, а мы больше не смогли бы этого делать, если бы придерживались шоссе. Я повернулся к Джейсону и кивнул Йену, сержанту инженерной разведки, чтобы он подошел ближе.

— Вот оно — засада противника, — прошептал я. — По главной дороге на север проехать невозможно.

Это была констатация очевидного, но кто-то должен был это сказать.

— Засада противника, черт возьми, установлена, — прошипел Джейсон в подтверждение.

— Ага, — пробормотал Йен, сержант инженерной разведки. — Похоже, они там неплохо устроились.

У Йена было мертвенно-бледное лицо, и ему явно не нравилась мысль о том, что эти несколько сотен федаинов так близко сидят у нас на хвосте. Если уж на то пошло, я не думал, что кто-то из нас был этому рад. Джейсон схватил карту, и мы поместили ее под крошечный маячок с капюшоном, установленный на приборной панели «Пинки» — специально разработанный для того, чтобы направлять крошечный конус света вниз, позволяя минимальному количеству света проникать внутрь автомобиля. Мы прикинули, что аэродром находится в 45 километрах отсюда, не больше. Это было так чертовски близко — меньше часа езды по хорошим дорогам.

Мы не могли направиться на юг, чтобы обойти засаду федаинов, потому что к югу лежало поселение и основные силы врага. Мы не могли идти дальше на запад, потому что растительность в этом направлении была непроходимой. Аэродром находился к северо-северо-востоку от нас. Было очевидно, что мы должны попытаться пересечь дорогу и обойти федаинов, двигаясь на восток, а затем свернув на северо-восток.

— Есть только одно решение, — начал я. — Перейдем шоссе и посмотрим, сможем ли мы выехать на грунтовые дороги.