Читаем Следопыт полностью

Мы ехали с ПНВ, и впереди Аллея засад купалась в море флуоресцентного зеленого света. С ясного неба падал хороший рассеянный свет, и нам было хорошо видно дорогу. Мы съехали с моста и двинулись дальше по ровному, пустому пространству затемненного шоссе. Мы были начеку и вооружены, в то же время пытаясь притвориться кем-то вроде местного иракского ополчения. Мы настолько привыкли патрулировать на транспортных средствах, что могли держать оружие в расслабленной позе, но очень быстро приводить его в действие и вести убийственный огонь.

Аллея засад казалась совершенно пустынной теперь, когда стемнело, и мы были единственными существами, которые, казалось, двигалось там. У обочины стоял странный, изрешеченный пулями, дерьмовый белый универсал, и тут и там из приоткрытой двери или окна просачивался свет, но, казалось, никто не заметил нашего проезда. Это была напряженная десятиминутная поездка, прежде чем мы добрались до тыла подразделений американских войск. Мы попросили командира роты «Альфа» передать по рации «Браво» и «Чарли», что мы продвигаемся вперед: осторожно, приближаются британские Следопыты.

Я заметил группу «Амтраков» слева от дороги, на ровном открытом пространстве. Дорога была приподнята, и справа от нас мы могли видеть еще несколько единиц бронетехники, находящихся в круговой обороне. Мы остановились рядом с первой машиной, у которой были радиоантенны. Я подошел представиться и спросить, не это ли ротный штаб. Здешние ребята, казалось, были более чем немного удивлены, увидев меня, и я решил, что никакого радиосообщения не дошло. Они также выглядели контуженными и явно были готовы к дальнейшим атакам.

Один из морских пехотинцев сделал неопределенный и измученный жест в сгущающуюся темноту, указывая мне в направлении штаба роты. Мы двинулись дальше и достигли второго моста, того, который пересекал канал Саддама. Он был меньше моста через реку Евфрат и состоял из плоской бетонной конструкции длиной около 200 метров. Мы переползли через него и на северном конце обнаружили штаб роты «Чарли». Посмотрев на запад, я смог разглядеть силуэт невысокой городской застройки примерно в километре от меня. На востоке не было никаких сколько-нибудь значимых зданий, за исключением нескольких разбросанных хижин.

Сейчас мы находились на северной окраине города, и, насколько нам сообщили наши разведданные, впереди была только пустая сельская местность. Было 17.00, и почти совсем стемнело. Все казалось тихим. Джейсон остался с парнями в машинах, а я двинулся вперед пешком, чтобы поговорить с командиром роты «Чарли». Мы были прямо на передовой, и было лучше, чтобы Джейс остался с машинами на случай, если что-нибудь случится.

Я прошел через людей и технику роты «Чарли», самого передового подразделения Корпуса морской пехоты США в Ираке. Пехотинцы казались чрезвычайно уставшими в бою, но они не были такими вымотанными до предела, как их товарищи из рот «Альфа» и «Браво». Я нашел одного из командиров роты «Чарли» в его машине и представился ему.

— Привет, я Дэвид, британский Следопыт. У нас разведывательная миссия в 120 километрах к северу от вашей линии фронта. Вы видели какие-нибудь признаки присутствия противника к северу от ваших позиций?

— Да, я только что получил радиограмму о том, что вы, ребята из Следопытов, собирались приехать, — подтвердил он.

— Но нет, — покачал он головой. — За последние пару часов впереди никаких контактов.

— И ваши разведданные совпадают с нашими — к северу отсюда нет ничего существенного с точки зрения противника?

Парень секунду разглядывал меня.

— Мы не верим, что там есть что-то особенное.

Он тщательно подбирал слова.

— Мы не верим, что это так. Но, знаете ли, мы не знаем наверняка.

— Значит, насколько вам известно, это относительно безопасно?

Он кивнул.

— Это все верно, по данным разведки. Но опять же, в Насирии не должно было быть никаких значительных сил противника, и посмотрите, как пострадали «Альфа» и «Браво», плюс мои ребята. Одному Господу известно, что может ждать нас впереди.

— Хорошо, но, по-вашему, лучше всего предположить, что это относительно безопасно? — настаивал я.

— Да, прямо сейчас нам больше нечем заняться. Итак, я полагаю, что это все еще относительно безопасно.

— Хорошо, тогда мы собираемся двигаться дальше и приступить к выполнению нашей миссии. Где ваша последняя машина?

Мгновение он пристально смотрел на меня. Казалось, он не находил слов. Как будто идея о том, что мы вдевятером устремимся в неизвестность, просто не укладывалась в голове.

Я повторил вопрос:

— Где ваша последняя машина?

Он взглянул на свою карту.

— Это примерно в 300 метрах к северу от следующей дорожной развязки, Т-образного перекрестка, где главная магистраль делает резкий поворот на восток.

Я хорошо знал дорожную развязку по картам: она врезалась мне в память.

— Хорошо, и спасибо, — сказал я ему. — Еще увидимся.