По какой-то досадной причине Трикки не смог связаться с штаб-квартирой Следопытов, но мы не могли позволить себе больше откладывать. Было 15.30, и мы, скорее всего, пропустили бы наш сеанс на 16.00, потому что не смогли бы связаться на ходу. Но мы могли бы попробовать еще раз, как только займем статичное положение с некоторой степенью безопасности. В любом случае, я разговаривал с Джоном почти каждый час, пока мы стояли на командном пункте корпуса морской пехоты, так что он в деталях знал, что мы делаем.

Я спросил Джейсона, что он думает. Он решил, что можно двигаться дальше. Мы бы двинулись дальше и сделать последний доклад по заданию на северном мосту. Поскольку свет быстро угасал, нам нужно было двигаться. Из всего, что мы делаем, работа в ночное время является нашей абсолютной специализацией. Ночь принадлежала нам, и прямо сейчас нам нужно было двигаться.

Глава 14

Я был впереди, разговаривая с Джейсоном, и только когда пошел возвращаться к своей машине, заметил, что что-то происходит с ребятами из инженерной разведки. Они хлопали крыльями, как будто собирались взлететь. Оказалось, что их «Лендровер» получил прокол шины. Они уже двадцать минут пытались сменить колесо и, похоже, никак не могли сообразить, как правильно пользоваться домкратом.

Пинки используют домкраты с высоким подъемом, которая напоминает большой кусок стальной трубы и рычаги. Он состоит из полудюжины деталей, которые вы соединяете вместе, как конструктор. Когда рычаг находится под точкой подъема домкрата, высокий подъемник может поднять тележку на значительную высоту. Он намного легче, чем тележечный домкрат, и позволяет вам при необходимости забраться прямо под машину для ремонта.

В Следопытах мы держали наши подъемники пристегнутыми к левой стороне машины, прямо рядом с запасным колесом. Невероятно, но ребята из инженерной службы, похоже, не знали, где находятся различные части их домкрата и как его правильно собрать. Когда я наблюдал за тем, какую чертовщину они устроили, пытаясь сменить колесо, я кипел от разочарования.

Каждый год мы проводим несколько месяцев, обучаясь передвижению на транспортных средствах. Самая основная первая ступень такого обучения — научиться справляться с проколом. Нам было отказано в возможности заброски с парашютом для миссии в Калат-Сикаре, и вместо этого нам предложили наземный вариант, плюс трое парней, которые не могли сменить шину. Прямо сейчас они подвергали жизни моих парней опасности из-за своей неумелости. Это было бы чертовски смешно, если бы не было таким провалом, и это было основной причиной моего гнева.

Расположенный на мосту через Евфрат посреди раздираемой войной Насирии, вряд ли был подходящим временем и местом для того, чтобы учить этих парней менять шины. У нас было мало прикрытия, и я хотел, чтобы мы двигались как можно скорее. Менее чем в ста ярдах от них находился взорванный «Амтрак», так что иракцы явно применили против американцев какое-то крупнокалиберное оружие. Эти парни из инженерной разведки были прикреплены к нам, чтобы увеличить численность, но прямо сейчас нам казалось, что вокруг наших лодыжек приковано огромное ядро с цепью.

К этому времени Джейсон тоже разобрался в шараде с заменой шин. Ребятам из инженерной разведки еще предстояло как следует подогнать домкрат, и он уставился на них в полном недоумении. Я видел, как он ткнул Деза под ребра, а потом Дез уставился на них в полном замешательстве. Я поймала взгляд Джейсона и кивнула в сторону Деза.

— Джейс, подключи к этому Деза, ладно?

В мгновение ока Дез слетел его не фургона и оказался рядом с машиной инженерной разведки. Он был похож на тасманийского дьявола: бам, бам, бам, и дело было сделано. Прокол устранен. По смущенным выражениям на лицах ребят из инженерной разведки я догадался, что они поняли, насколько сильно они здесь облажались. Если бы их машина увязла в песке, и они не знали бы, как правильно ее освободить, мы могли бы дать им некоторое послабление. Но это было настолько элементарно, что вызывало возмущение. Команда разведки, которая не могла сменить шину, по-моему, была чертовски бесполезна. Это были любители.

Эта ерунда с заменой шин отняла у нас добрых двадцать минут, и было уже 16.00 когда мы наконец тронулись с места. Мы завернули лица в наши шемаги и замазали лица гримом настолько, насколько это было возможно. В полумраке и издалека я очень надеялся, что мы сможем сойти за местных жителей. Роты «Браво» и «Чарли» были на 3 километра впереди нас, так что именно столько нам предстояло пройти.