— Чего не скажешь о птицах и насекомых, — язвительно подхватил Семужный, — избравших местом жительства владения совхоза «Бориспольский», Киевской области! Здесь регулярно совершаются массированные налеты сельхозавиации, которая поливает угодья дождем ядохимикатов. Больно смотреть на фото умерщвленных ядом пчел, приложенное к письму нашим взволнованным бориспольским корреспондентом Ф. В. Быдзаном!..

Чем дальше шло чтение, тем больше скрывался за туманом неясности очередной маршрут. Трудно сказать, как пошло бы дело дальше, когда бы в комнате не раздался междугородный звонок и в снятой трубке не заворковал знакомый голос спецкора Сергея Бодрова. Встревоженный спецкор сообщил нечто, что разом положило конец сомнениям. Всем стало ясно, что…

Сергей БОДРОВ,

специальный корреспондент Крокодила

След чудовища

Вертолет, самолет, скорый поезд, автомобиль-вездеход, утомительные пешеходные переходы с карабканьем по склонам гор — все было испробовано и испытано неутомимыми энтузиастами, устремившимися по следу таинственного чудовища. Но повсюду, где бы ни высаживалась специальная экспедиция Крокодила, возглавляемая профессором Г. О. Семужным, обнаружить чудовища не удавалось. И в глухом Сохандинском заповеднике, и в экзотическом Приэльбрусье, и в тенистых лесах Ленинградской области ущерб природе наносили люди (см. «Крокодил» №№ 7, 9, 11, 12).

Перед тем, как продолжить поиск, путешественники вынуждены были сделать привал и заняться изучением многочисленной почты, поступившей в их адрес.

Но в этот момент раздался междугородный звонок спецкора Бодрова, который тревожно сигнализировал о необычайных событиях в Восточно-Казахстанской области. Ниже публикуется его отчет о дальнейших передвижениях экспедиции.

Глава двадцать вторая

ТУДА, ГДЕ ПОДОЗРИТЕЛЬНАЯ АТМОСФЕРА

Получив распоряжение вновь примкнуть к группе профессора Семужного, я срочно вылетел в заданном направлении. Багаж мой состоял из двух мешков — с продуктами и свежей почтой.

Вечером я был на станции Бурундай Казахской железной дороги — условленном месте встречи. Из зала ожидания доносился громкий смех. Я заглянул в окно и увидел Сауну: она играла в пинг-понг с молодым лейтенантом. Грустный Михайлов лежал на длинной эмпээсовской скамье и читал книгу «Каракулеводство за рубежом». Глеб Олегович делал записи в экспедиционном журнале. Варсонофьич слушал радио. Несмотря на все происшествия, вид у моих друзей был очень здоровый, а Ыйна, та просто цвела. Мы обнялись, а потом молча посмотрели друг на друга. Немой вопрос застыл в наших глазах. Чудовище исчезало и появлялось вновь. Мы карабкались за бабром по горам, лазили через сибирские топи и в европейских лесах. Где теперь его искать?

— А в воздухе, мужчины, может он летать, пожалуйста? — вдруг спросила Ыйна.

— Бабр — он все могет! — утвердительно сказал дедок.

— Не исключено… — задумчиво произнес Семужный. — Надо взвесить…

— Чего тут взвешивать? Исключительно в воздухе он и летает. То-то мне сон позавчера приснился — парим мы с ним вместе в голубом просторе! — вскочил со скамьи Михайлов.

— Опять порете горячку, Квант, — с досадой сказал Семужный. — А что сообщают читатели? — спросил меня профессор.

— Сигнализируют о подозрительной атмосфере в городе Усть-Каменогорске.

— Ну что ж, — распорядился руководитель экспедиции, — едем в Усть-Каменогорск.

Глава двадцать третья

ГОРОЖАНИН И СРЕДА

Читатели не подвели. Сигналы оказались верными. Мы это почувствовали сразу же, едва очутились в усть-каменогорской атмосфере и сделали первый вдох,

— Чем это у вас пахнет, мальчик? — недоуменно спросил Семужный у подростка с велосипедом.

— Приезжие, что ли? — снисходительно сказал школьник. — Хлором воняет!

— Нет, не хлором, — тут же вмешалась в разговор старушка, шедшая с базара. — Двуокисью азота.

— Не слушайте вы их, — грустно сказал прохожий с умным выражением лица. — Можете мне поверить — это аэрозоль свинца. Я коренной горожанин…

— Зато у нас в деревне, — мечтательно сказал Варсонофьич, — воздух инда слеза!