Читаем Слава Империи полностью

Несмотря на разогрев, его мышцы плохо перенесли эту короткую тренировку. Он собирался было уже поднять руку, чтоб растереть занывшее плечо, но его остановил знакомый голос.

– Впечатляюще, ты наверняка герой всех ворон в округе.

Вульф и Риа подходили медленно, как будто все запасы уверенности в себе потратили на эту злую и мерзкую шутку.

– Кого ж это мои старые глаза видят! – Ульм постарался придать голосу максимум доброжелательности. – Да неужели ж меня пришла навестить моя внучка? Ближе, дражайшая моя, обними старика, пока учитель тебя за это не отругал.

Она послушалась и подошла ближе. Ульма просто испугало, насколько она выросла с последнего их свидания. Разве что не ростом, но зато в каждом другом отношении. Он расставался с ребенком, а сейчас его приветствовала женщина. Очередное неприятное напоминание о том, как быстро бежит время.

– Я предполагаю, что это не дружеский визит, – сказал он наконец, глядя на своего бывшего ученика.

– Нет, – ответил Вульф с типичной для себя сдержанностью. – Нам нужна твоя помощь.

– Моя? Видимо, слухи о падении Серой Стражи не преувеличивали. – Ульм горько усмехнулся. – Каким образом я мог бы вам помочь?

– Мы должны пробраться в Императорский Дворец, чтоб спасти нашего Гроссмейстера.

Кровавый Пилигрим не смог удержаться от смеха.

– Амбициозно. Но боюсь, что вынужден вам отказать. У меня уже есть нанимательница, и я нужен ей здесь. Но и положительные моменты в этом есть, вам не придется терпеть присутствие моей сломанной Печати. У меня, например, всегда разыгрывалась мигрень, когда приходилось стоять рядом с изгнанными…

– Это не шутки. – Одноглазый явно терял терпение.

– Да, я знаю, дело требует. Помнишь, что я говорил тебе о поднятии меча за благое дело?

– Чтобы я никогда этого не делал, потому что каждое благое дело рано или поздно превратится в карикатуру на себя, и ни одно не стоит того, чтоб проливать за него кровь.

– Однако ты и вправду запомнил мои уроки.

– Но ты говорил и кое-что еще, – вмешалась Риа. – Говорил, что драться надо только за людей. И мы сейчас именно об этом, хотим спасти конкретного человека.

– Только если этот самый Гроссмейстер вам близок, а иначе вы это делаете по политическим соображениям. Потому что он важен и влиятелен, потому что Стража в нем нуждается.

– Он всегда был добр с нами, – ответила девушка, глядя ему прямо в глаза. – И он важен для кое-кого, кто очень важен для меня.

– Неужели какой-то счастливец сумел добраться до твоего сердца?

– Счастливица, – ответила она, заметно смутившись.

– Я всегда знал, что твой вкус лучше моего, птичка. – Он глубоко вздохнул. – Не хочу я возвращаться туда.

– Ты должен нам это, – сказал Вульф. – За то, что ты сделал.

– Я заплатил цену изгнанием. И заплатил ее многократно.

– Не нам. Ты заплатил Страже, но не мне и не Риа. Нас ты просто бросил.

Ульм слышал дрожь в голосе своего ученика, своего приемного сына. Видел мольбу в глазах приемной внучки. Прошло много лет с тех пор, как у него в последний раз была семья. С тех пор, как для него что-то значили люди вокруг. И это чувство было приятным – даже если во имя него приходилось отправляться туда, куда он обещал себе не возвращаться. Он бессильно ругнулся про себя.

– Птичка, надеюсь, эта твоя девушка и ее друг будут стоить того.

* * *

– Одна графиня похищала молодых женщин, чтоб купаться в их крови, – рассказывала Риа, оглядываясь в оставленной хате. – Дело было на Спорных Землях, прямо перед носом Стражи, но графиня была из очень влиятельной семьи и имела к своим услугам целую армию наемников. Сам Гроссмейстер отправился к местному князю, чтобы тот дал согласие на операцию и прислал на помощь собственных солдат. К сожалению, тем временем графиня похитила еще нескольких девушек, и Ульм решил, что не собирается больше ждать. – Она подняла лежащий на полу короб и поставила его на стол. – Он повел еще четверых Жнецов на ее замок, причем в четверке была и сестра Вульфа. Окончилось все кровавой баней примерно на три десятка трупов, в том числе погибли все люди Ульма. Сам он вышел из боя без царапины и действительно спас тех похищенных девушек. – Риа подошла к ставням и открыла их настежь, впуская солнечный свет. – Потом Ульма изгнали из Ордена, но перед этим Вульф вызвал его на поединок и именно после него получил прозвище Одноглазый. Само собой, Совет не мог допустить, чтоб мир узнал о том, что четверо Жнецов погибли в одной операции, так что все дело засекретили. – Она еще раз обошла весь дом, внимательно присматриваясь к следам. – Место обыскано и разграблено, – сказала она, – но следов крови нет. Видимо, жители успели бежать.

Касс покачала головой.

– Склавяне застали их врасплох среди ночи. Заметили символ Деуса на стене и велели отречься от своего бога. Те отказались. Сейчас все они закопаны за домом, отец, мать и двое сыновей. Старшую дочку налетчики забрали с собой, чтоб либо продать в неволю, либо принести в жертву богам. Смотря кому она досталась, более суеверным или более прагматичным.

Риа нахмурилась.