Читаем Слава Империи полностью

Княгиня вскочила и разбудила Надю. Вырвала из сна и прислугу, спящую в ногах кровати. Женщины быстро оделись, борясь с сонливостью. Когда появился Лютогнев со своими бойцами, они уже были готовы. Надя взяла мальчика на руки, и вся группа двинулась в сторону главного зала.

– Мы организуем оборону тут, на холме, им не ворваться во дворец, – заверил князь-консорт.

– Они ворвутся, не сомневайся. Если они уже в городе, ничто их не удержит, – прервала его Ольга резче, чем планировала. – Нам надо бежать, пробиваться к одним из боковых ворот и ехать в Командорию 42. Кто бы это ни был, за стенами Ордена он нас преследовать не осмелится.

– Если мы оставим город…

– Город не важен. Важны ты и наш сын, важно выжить, – объяснила она.

Мгновение казалось, что Лютогнев возразит, но он так этого и не сделал. Как всегда, он подчинился ее воле, раздал приказы своим воинам; они вышли наружу. Только здесь до Ольги полностью дошел масштаб поражения. Ее город горел. Самый большой город Границы, который ее предки строили и берегли поколениями.

«Ничего, – подумала она про себя. – Это лишь ступень в лестнице. Одна из ступеней. Если переживем эту ночь, то пойдем дальше, выше, в направлении настоящей цели».

Они вступили в лабиринт деревянных домов, выстроенных слишком тесно, встык, на слишком малом пространстве. Мимо них в панике бежали люди, пытаясь вырваться из этой ловушки огня и дыма. Быстро стало понятно, что к западным воротам не пробиться, пришлось двигаться к южным, по дороге собирая уцелевших стражников. Врагов явно было море, однако никто не мог сказать, кем они были. Лютогнев повторял слова утешения, но в его глазах появилось нечто, чего там никогда раньше не было. Страх. Когда они наконец добрались до ворот, враг уже ждал там. Добрая сотня вооруженных до зубов солдат. Это не имело уже значения, они не могли вернуться, не могли уже сделать ничего – лишь попытаться прорваться.

* * *

Лютогнев провел очередной удар и наконец достал противника в висок. Тяжело дыша, он отер пот со лба и огляделся. Пылающий лабиринт Остробора остался позади, но нападающие не сдавались. Все новые и новые отряды появлялись со стороны города, выныривая из темноты, казалось, в бесконечном количестве. А дружина князя таяла с каждой минутой. Покидая замок, он вел с собой пятнадцать воинов, все служили ему долгие годы. Сейчас их осталось только четверо. По дороге к беглецам примкнуло много стражников и жителей города, но большинство из них погибли при прорыве через те проклятые ворота. Кто-то сбежал уже снаружи, резонно полагая, что раз не они являются целью нападения, то лучше уж держаться подальше от тех, чьи головы скоро будут насажены на копья. Ольга и Надя бежали впереди, по очереди неся ребенка и отчаянно пытаясь не споткнуться в темноте. Они уже почти дотянули до леса. Склавянин не был уверен, сумеют ли деревья прикрыть их бегство, но уж наверняка в лесу будет лучше, чем тут, на открытом пространстве. Из темноты посыпались очередные стрелы. Большинство из них не попали даже близко, но хватило одной, чтобы еще один воин рухнул наземь. Стук копыт возвестил о следующей волне преследователей.

– Быстро в лес! – подгонял Лютогнев, хотя и сам уже шатался от усталости.

Всадники настигли их перед самыми деревьями. Не останавливаясь, срубили еще двух бойцов. Последний из товарищей князя, огромный Моймир, остановился и встретил врагов страшным рычанием, размахивая своим столь же огромным топором. Сбил одного, потом второго. По округе разнесся его победный смех. А потом прервался криком, когда третий налетчик пробил воина копьем. Сразу кинулись на него со всех сторон, кололи и резали, превращая великого воина в очередной труп.

Однако его самопожертвование не пропало даром. Лютогнев и женщины добежали до леса, скрылись за деревьями, где конница уже не могла их преследовать. Этого было недостаточно, они все еще не были в безопасности.

– Идите в ту сторону, – шепотом велел им мужчина. – Когда зарево от города окажется за вами, поворачивайте направо и идите прямо, пока лес не кончится. Оттуда уже без проблем доберетесь до Командории.

– А ты? – спросила Надя, тяжело дыша.

– Я их отвлеку на себя. Это единственный способ, – ответил он на невысказанный вопрос своей жены, – иначе все это было зря.

– Я знаю, – ответила Ольга с трудом.

В темноте он не мог видеть наверняка, но по ее щекам текли слезы. Она обняла его и поцеловала. Это был самый искренний поцелуй за всю их семейную жизнь. И да, ее щеки были влажными, теперь он это знал уже точно.

– Они заплатят за это, – пообещала она, прижавшись головой к его голове. – Все заплатят.