Читаем Слава Империи полностью

– Да нет, я только… – Младший из собеседников заколебался, но в итоге отрицательно мотнул головой и попрощался, позволяя императору вернуться к работе по раскраске очередных искусственных бойцов.

* * *

Корчма к приличным не относилась. Слово «притон» было бы тут более уместно. Но Магнусу это не мешало. Вовсе наоборот, вызывало воспоминания о бесчисленных вечерах, проведенных в подобных заведениях задолго до того, как он стал уважаемым членом императорского двора. Да и сам район был весьма подозрительным, но после целого дня планирования массового убийства ему реально требовалось напиться, причем он не мог пойти туда, где его могут узнать. Годвин заверил, что это место подойдет как нельзя лучше, и использовал при этом такие выражения, как «чертовски ядреное бухло» и «люди, которым все по хер», что и решило вопрос.

Двое мужчин прошли мимо столов, заполненных пьяными гостями, осторожно обошли лужу блевотины и дошли до небольшого кабинета. Здесь уже ждали товарищи Рыцаря.

– Магнус, представляю тебе сорок седьмой отряд Имперской Разведки, – сказал дор Гильберт. – Это Дефрим по прозвищу Клиф. – Он указал на крепко сложенного воина с лицом, украшенным многократно сломанным носом. – Это Логан, по прозвищу Дама. – Перевел взгляд на исключительно средне выглядящую женщину. – И Иовис, которого мы зовем Тихим. – Последним был невысокий человечек с глазами убийцы.

– Правая рука императора, – заметил Дефрим. – Вижу, что наш бесстрашный командир в последнее время обращается в приличном обществе.

– Левая, – поправил Серый Стражник.

– Это даже и лучше. Кто его знает, что он правой делает, когда никто не видит.

– Курва, Клиф, не при уважаемом госте! – крикнула на него Логан.

– Нормально, – успокоил Стражник, присаживаясь. – Такой юмор приятно слышать после фальшивых манер придворных.

– Ясно. Шеф, наверное, теперь только из-за этого с нами продолжает общаться, его ж теперь регулярно вызывают во дворец. – Громила потер свой обухообразный нос.

– Спиртное еще, – уточнил упомянутый.

– Вот да, за такое точно надо выпить. А раз уж у нас такой почетный гость, то у меня, так сказать, личный вопрос будет. – Дефрим заговорщически огляделся. – Я тут слышал, тебя называют Охотником на Ведьм, а у меня как раз проблема с одной такой ехидной… Аййй. Ну что ты меня все время бьешь. Не о тебе говорю.

– Ты лучше вообще молчи, – отрезала Дама. – Один стыд от тебя. А если хочешь спросить о чем-нибудь, то спрашивай о серьезном, например, когда мы снова выходим и куда.

– Через несколько дней, – мрачно ответил Магнус. – На Границу.

– Судя по тону, очередная грязная работа, – сообразила Логан.

– Да, но на этот раз мы будем только присматривать. Поработать придется Легиону.

В помещении воцарилась тишина, которую, как ни странно, прервал Тихий.

– Легион официально идет в бой. То есть слухи оказались правдой, будет настоящая война.

– Самая что ни на есть, – заверил Рыцарь. – Такая – с маршами, биваками, битвами, может, даже с какой-нибудь победой. И мы высаживаемся в самом ее центре. Как и положено разведке. – Его подчиненные расхохотались.

– Так вы вовсе не разведка, – догадался Магнус.

– Да ты шутишь, я в лесу собственную задницу не нашел бы, – заявил Дефрим.

– Нас так называют из вежливости, – пояснила Дама. – «Люди для грязной работы» звучит слишком прямолинейно. Но мы именно ими и являемся. Когда надо что-то или кого-то исполнить незаметно, тогда посылают нас.

– Вы не бросаетесь в глаза? – Серый Стражник откашлялся.

– Да уж поменьше, чем сотня легионеров, – заверил дор Гильберт. – И если что, кличка Тихого – она не только из-за того, что он мало говорит.

– Отряд убийц, – подвел итог Магнус без эмоций. – Да, теперь ясно, почему император выбрал тебя для планирования этой… операции.

– Отряд верных солдат, выполняющих задания огромного стратегического значения для будущего Империи, – твердо поправил Годвин.

– Служба не дружба, – сказал Клиф, поднимая кружку в тосте.

* * *

– Еще три тысячи человек могут прибыть в течение двух недель, – докладывал генерал Флавиан своим бесстрастным служебным голосом. Годвин делал вид, что слушает, но на самом деле повторял про себя детали собственного выступления, которое неуклонно близилось. Чувствовал, как по лбу текут капли пота, и это его крайне раздражало. Не счесть, сколько раз он выходил на бой без каких-либо эмоций, но от перспективы произнести несколько фраз перед залом, полным напыщенных аристократов, его буквально тошнило.

Генерал начал уже разворачивать свое ви́дение военной кампании, которая затягивалась больше чем на десяток лет. Это означало, что его выступление подходит к концу. Дор Гильберт несколько раз глубоко вдохнул, после чего встал, откашлялся и сразу почувствовал во рту кисло-горький вкус. Тут же осознал, что поднялся слишком рано, Император ведь еще не подал знак. Подумал, не сесть ли назад, но приходилось продолжать то, что начал выполнять. Минуту Рыцарь стоял молча, пристально всматриваясь в монарха в ожидании разрешения говорить. Удивленный Император наконец кивнул.