Читаем Сладких снов полностью

Хоть мы и взяли с собой только консервы, Юля все равно попыталась оформить стол, будто бы мы ели домашнюю еду. Усадив меня за стол, она начала суетиться вокруг меня, раскладывая еду по тарелкам, даже бутилированную воду она разлила в стаканы и поставила рядом тарелками.

– Юль, успокойся, мы едим даже не подогретые консервы. Сядь и поешь уже спокойно.

– Знаешь, как говорят, дома и стены греют. Так вот, если даже консервы преподнести, как домашнюю стряпню, то они будут казаться вкуснее, – с этими словами она, наконец, уселась за стол.

Я лишь ухмыльнулся этому ее замечанию, однако Юля оказалась права, сейчас я ел все те же консервы, что и последние несколько лет, но теперь, когда я сидел за столом и ел из тарелки, они показались мне другими, действительно более сытными и вкусными. Не знаю в чем дело, может это и правда потому, что Юля создала здесь уютную обстановку. А может быть все просто по тому, что сегодня был тяжелый как физически, так и морально день, и именно по этой причине организм воспринимает даже консервы, как манну небесную.

Когда мы уже поели, я просто сидел и медленно цедил воду из стакана. Юля же сидела, нервно крутя вилку в руках и смотрела куда-то сквозь меня.

– Ты не думал, что мы будем делать дальше? – вдруг Юля резко сфокусировала взгляд на мне и заговорила, от такого резкого контраста со спокойной вальяжной атмосферой тишины я даже поперхнулся водой.

– Что ты имеешь в виду под словом «дальше»? После чего?

– После того как ты сходишь домой.

– У тебя есть какие-то предложения?

– Да, но сначала я бы хотела услышать твое мнение.

– Знаешь я думал на счет того, чтобы осесть в этой деревеньке. Здесь хорошо, спокойно, она достаточно удалена отовсюду, при этом в суточной доступности и от хранилища и от города. В городе, как мне кажется, весьма опасно жить, например, на собственном опыте я точно знаю, что там точно есть собаки. Да и вообще, там очень не комфортно просто находиться, когда мы окажемся в городе, ты поймешь, о чем я говорю. А здесь нет такой гнетущей атмосферы. Пристройка этого дома полна дров, зиму переживем, а когда закончатся наши дрова, раскулачим соседей. За провизией можно делать вылазки в твое хранилище, за одеждой и прочим можно будет наведываться в город. Здесь все идеально. Поэтому я считаю, что для нас с тобой здесь самое благоприятное место. Предлагаю жить здесь с тобой.

– Ты хочешь жить со мной, ну… – Юля покраснела и неопределенно махнула головой в сторону.

– Нет, нет, нет, – я замахал руками. – Я вовсе не это имел в виду. Ты конечно замечательная девушка, но пока я даже не думал об этом, если честно. Мне надо кое-что сделать в городе, а потом… А потом, уже будет видно, – я тоже смутился.

– Я… – Юля что-то прошептала себе под нос.

– Что?

– Извини, что смутила нас обоих, но знай, если созреешь я не против, – Она смущенно опустила глаза и сделала вид, что протирает бокал. – Ты мне не безразличен.

– Я… – у меня несколько отвисла челюсть. – Я, конечно, ценю это. Однако неожиданно, если честно.

– Нет, подожди, я объяснюсь. Если бы мы с тобой встретились лет восемь назад на улице, то я бы конечно тебе ничего не сказала, просто бы подумала про себя, что мол: «А этот парень ничего» и все. А теперь я не вижу причин стесняться. Теперь уже не надо думать наперед, теперь не стоит беспокоиться о всяких там ипотеках, думать, что скажут мои подружки или родители. К чему теперь ходить вокруг да около. Теперь все проще, так зачем же намеренно усложнять.

– Я понял тебя. Только давай чуть повременим с принятием решений.

– Обычно девушки говорят подобные вещи, – улыбнулась Юля.

– Справедливое замечание, – в голове у меня даже начало пульсировать от хаотичного потока мыслей, я начал массировать виски. – А как же твой муж?

– Нет у меня больше мужа, забудь о нем, – взгляд Юли в этот момент стал стальным, и я инстинктивно втянул голову в плечи.

– Думаю, сейчас стоит пойти спать, завтра нас ждет долгий путь, – после долгой паузы добавила Юля и молча встала из-за стола.

С момента, когда она ушла, прошло порядка десяти минут, и только тогда я встал из-за стола и направился на чердак. Это был непростой разговор, но он был неизбежен, рано или поздно мы бы подняли эту тему. Однако я рассчитывал, что это произойдет в городе, когда я уже расквитаюсь с призраками прошлого. Но, что случилось, то случилось, надо сейчас лечь и все спокойно обдумать.


Когда я укладывался, Юля уже спала, она видимо хотела еще о чем-то поговорить, поэтому лежала так, чтобы ей было видно вход, но от усталости она вопреки своему намерению быстро уснула и теперь громко и сладко посапывала во сне.

Я был даже несколько доволен тем, что наш разговор оборвался, не закончившись ничем. Конечно, я не хотел ее как-либо оскорблять и не стремился уколоть ее замечанием о муже, но за счет этого я сумел оставить на время щекотливую тему на счет нашей дальнейшей жизни.

Сейчас я лежал и смотрел на Юлю. Она мирно спала, ее грудь медленно поднималась и опускалась в такт дыханию. Мне предстояло ответить для себя на ряд очень важных вопросов.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Граф
Граф

Приключения Андрея Прохорова продолжаются.Нанеся болезненный удар своим недоброжелателям при дворе, тульский воевода оказался в куда более сложной ситуации, чем раньше. Ему приказано малыми силами идти к Азову и брать его. И чем быстрее, тем лучше.Самоубийство. Форменное самоубийство.Но отказаться он не может. Потому что благоволение Царя переменчиво. И Иоанн Васильевич – единственный человек, что стоит между Андреем и озлобленной боярско-княжеской фрондой. И Государь о том знает, бессовестно этим пользуясь. Или, быть может, он не в силах отказать давлению этой фронды, которой тульский воевода уже поперек горла? Не ясно. Но это и не важно. Что сказано, то сказано. И теперь хода назад нет.Выживет ли Андрей? Справится ли с этим шальным поручением?

Михаил Алексеевич Ланцов , Иероним Иеронимович Ясинский , Николай Дронт , Иван Владимирович Магазинников , Екатерина Москвитина

Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези / Фантастика: прочее
Чёрная сова
Чёрная сова

В золотых горах Алтая, на плато Укок живёт чёрная сова — пробужденный дух шаманки. Лунными ночами она вылетает из своей каменной башни и бесшумно реет на фоне звёзд, чтобы подстрелить ядовитой стрелой очередного путника. Жертвы чёрной совы — исключительно мужчины — бесследно исчезают, а когда появляются вновь, бредят о единорогах, подземном царстве и окнах в параллельный мир.Топограф Андрей Терехов в мистику не верит и списывает эти россказни на чью-то разгулявшуюся фантазию, особенности местного фольклора и банальные приступы белой горячки. В этом убеждении его поддерживает и давнишний приятель Жора Репей — начальник погранзаставы — но складывается ощущение, что у старого вояки свои счёты к загадочной шаманке.Поэтому когда цепь необъяснимых случайностей лишает Терехова напарников, и уже его собственное сознание выделывает с ним шутки — он понимает, что оказался втянут в странную игру невидимых сил. Он пользуется освободившимся временем, чтобы выяснить — кто стоит за легендами о чёрной сове?

Сергей Трофимович Алексеев

Социально-психологическая фантастика
Гномон
Гномон

Это мир, в котором следят за каждым. Это мир, в котором демократия достигла абсолютной прозрачности. Каждое действие фиксируется, каждое слово записывается, а Система имеет доступ к мыслям и воспоминаниям своих граждан – всё во имя существования самого безопасного общества в истории.Диана Хантер – диссидент, она живет вне сети в обществе, где сеть – это все. И когда ее задерживают по подозрению в терроризме, Хантер погибает на допросе. Но в этом мире люди не умирают по чужой воле, Система не совершает ошибок, и что-то непонятное есть в отчетах о смерти Хантер. Когда расследовать дело назначают преданного Системе государственного инспектора, та погружается в нейрозаписи допроса, и обнаруживает нечто невероятное – в сознании Дианы Хантер скрываются еще четыре личности: финансист из Афин, спасающийся от мистической акулы, которая пожирает корпорации; любовь Аврелия Августина, которой в разрушающемся античном мире надо совершить чудо; художник, который должен спастись от смерти, пройдя сквозь стены, если только вспомнит, как это делать. А четвертый – это искусственный интеллект из далекого будущего, и его зовут Гномон. Вскоре инспектор понимает, что ставки в этом деле невероятно высоки, что мир вскоре бесповоротно изменится, а сама она столкнулась с одним из самых сложных убийств в истории преступности.

Ник Харкуэй

Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика