Читаем Сладких снов полностью

Знаете, есть люди, которые всю свою жизнь проживают ради кого-то. Юля, кажется, как раз была из такой породы людей. Им непрерывно нужен человек, которому они могут доверять, которого они будут окутывать своей заботой, и делают это абсолютно бескорыстно и честно. Конечно, они часто ошибаются, их доверием пользуются, о них вытирают ноги, но и тогда они не сдаются и продолжают искать счастье в своей жизни. Но Юля осталась одна в самую трудную минуту, ей было достаточно, чтобы кто-нибудь ее пожалел, обнял и сказал, что все будет в порядке. Тогда бы она нашла силы жить дальше с гордо поднятой головой . Но ей пришлось ждать этого три года, за три года она не выдержала и сдалась, превратившись в пустую оболочку себя прежней, и теперь я с опаской думаю, что бы было с ней, если б я не вспомнил ту историю с мальчиком, которого сбила машина.

Теперь же она была полна энергии. Она сумела найти того, с кем можно разделить свою беду, и ей стало легче, она снова почувствовала себя человеком. Она шла и просто излучала легкость, даже мне несколько передалось ее настроение, и я начал травить очень бородатые анекдоты. Юля смеялась, хотя заканчивала почти каждый анекдот за меня.

Так за разговорами я и не заметил, как на пригорке появилась деревня, маленькая деревенька из двадцати домов. Чуть в стороне от деревни около дороги, по которой мы сейчас проходили, стоял остов церкви из красного кирпича. Одна из стен, как и кровля, были обрушены. Оставшиеся стены тоже были достаточно сильно повреждены, но устояли. Судя по тому, что остатков стены и кровли не было видно, а на оставшихся стенах были закреплены металлические таблички, этот остов выполнял роль памятника. Видимо церковь пострадала во время Великой Отечественной Войны и ее не стали восстанавливать, а оставили как есть, прикрепив к уцелевшим стенам памятные таблички.

Я как раз проходил сейчас мимо и сумел различить надписи на табличках, это были имена, бесчисленное количество имен тех, кто погиб здесь, защищая свою родину. Мне стало несколько стыдно перед ними за человечество, эти люди, простые мужчины и женщины умирали ради того, чтобы мы могли жить на этой земле, но мы, их потомки, решили не пользоваться их даром.

Когда мы проходили мимо церкви Юля перекрестилась, я сделал тоже самое.

– Ты верующий? – спросила меня Юля.

– Нет, я за свою жизнь был верующим только месяц, когда только попал в хранилище и боялся даже грозы. А так я даже не крещеный.

– Тогда зачем ты это сейчас сделал?

– Знаешь, все эти люди мертвы, они погибли за наше будущее, за нас. Как кто-то говорил, на войне неверующих нет, поэтому, таким образом, я отдаю им дань. В таком месте не зачем показывать свою позицию, я бы мог, конечно, схватить тебя за руку и заорать «Зачем ты это делаешь?». Но я могу сделать это и в каком-нибудь другом месте, а здесь место, где нужно почтить память усопших, и не стоит устраивать здесь цирк. Я просто хотел отдать им дань уважения, а поскольку это церковь, то здесь уместнее всего будет перекреститься.

– Но это не правильно.

– Почему?

– Ты не крещенный, так не положено.

– Ага, значит если бы крещеный мужик, который, например, каждый вечер напивается, как сапожник, а потом молотит жену палкой за остывший борщ и детей за несделанные уроки, прошел бы здесь и перекрестился, у тебя не было бы к нему претензий?

– Как то ты неправильно все понимаешь.

– А может, это ты не так все понимаешь?

– Ой, слушай, давай не будем поднимать эту тему?

– Это ты ее подняла, я лишь сказал то, что думаю.

– Какая-то у тебя странная позиция – лицемерная, говоришь, что Бога нет, а сам крестишься, когда считаешь нужным.

– Пускай это лицемерно, просто я считаю, что если ты зашел в храм, то не стоит там орать о том, что все вокруг безумные глупцы, так же как и те, кто выходят из храма, не должны кричать на прохожих, что те грешники и должны покаяться. И я, кстати, не говорил, что Бога нет, просто факт его существования каждый устанавливает для себя сам.

Юля промолчала в ответ. Выдержав небольшую паузу, она перевела тему на выбор домика для ночлега. Тут в Юле проснулась хозяйка, и нам пришлось дать два круга вокруг деревни пока Юля, наконец, не выбрала дом, в котором мы будем ночевать. Все дома были по ее мнению какими-то плохими, дом она выбрала по принципу того, что у него меньше всего минусов по ее собственной шкале. Я честно признаться отправился бы ночевать в первый же попавшийся дом, у которого есть крыша, но Юля была тем человеком, который просто не может спокойно жить, пока не создаст вокруг себя уют.

Однако, один дом она вообще оставила без комментариев и по возможности быстро прошла мимо него. Я понял, что это был как раз тот дом, в котором ее держали, когда везли в хранилище, естественно у меня теперь хватило ума не задавать вопросы.