Читаем Сладких снов полностью

– Скажем так. Исследования показывают, что сначала человек несколько теряется, но потом постепенно находит свою стезю. То есть, если он где-то в глубине души хотел стать космонавтом, он в своих грезах рано или поздно придет к этому. Никто не уходит от истинного «я», как не прячься. А к чему вы интересуетесь?

– Да так, мои наблюдения показывают, что моя жена на самом деле меркантильная шлюха! Всего доброго.

С этими словами я вышел из кабинета.


Вероятно, следующая неделя была самой длинной в моей жизни, как мне показалось. Мне было решительно нечего делать, да и, если честно, тяги к каким-либо свершениям я не испытывал. Иногда я представлял себя киборгом, который просто выполняет определенную программу, ни на секунду не задумываясь о смысле происходящего. Я прилежно ухаживал за женой: менял ей пакеты с раствором, мыл ее, менял белье. Но я делал это на каком-то автомате. Как будто и не жена она мне вовсе, как если бы меня просто привели сюда и сказали: «Вот теперь твоя обязанность ухаживать за этим человеком».

Мне было несколько противно от собственных мыслей. Хотелось заорать самому себе: «Это же твоя жена, черт подери! Она попала в беду, помоги ей!». Но потом этот порыв проходил, и я возвращался к дальнейшему выполнению программы.

Телевидение перестало функционировать. Я не могу достоверно сказать, была ли причина в том, что телевидение как таковое перестало существовать, или просто у меня в квартире где-то отошел кабель. В тот момент мне было все равно. Я читал, готовил себе непритязательную пищу, выполнял работу по дому. Все, это полный список моих свершений за всю неделю.

Когда пришло назначенное время я, как полагалось, отправился в больницу за раствором. Поскольку я просидел всю эту неделю взаперти, то мысль о том, чтобы воспользоваться общественным транспортом отпала сразу. Идя по улице, я корил себя за то, что не совершал хотя бы короткие прогулки на протяжении прошедшей недели. Ведь на улице благоухала весна. Возможно, мне она казалось такой прекрасной просто, потому что всю прошедшую неделю вокруг меня были только стены, и потолок вместо неба. Ведь никто так не радуется свободе, как узник после долгого плена.

На улице почти не было людей, если быть точным я был единственным человеком, который совершал пешую прогулку. По проезжей части мимо меня пронеслось несколько машин, где-то вдалеке выла сирена служебного автомобиля. Но пешком по улице шел только я один.

Придя в больницу, я застал полный хаос. В приемной стояло огромное количество каких-то ящиков. Везде валялись кипы бумаг, видимо больница готовилась к переезду. Но никого не было, ни единой души. Ведь если больница переезжает, вокруг должны толпиться грузчики, но нет, в здании никого не было. Я подошел к стойке регистрации. Несколько раз громко осведомился, есть ли кто живой. Но никто не объявился.

Я заглянул в кабинет, там естественно никого не было. Стол стоял на том же месте, но никаких бумаг или письменных принадлежностей на нем не лежало. Казалось, что за этим столом никто, никогда не работал. Я обошел стол и сел на стул, на котором некогда сидели врачи, осуществлявшие прием. Если мне не изменяет память, то врачи доставали пакеты с раствором из этих ящиков.

Я начал открывать ящики один за другим снизу вверх, во всех было пусто, но верхний ящик имел замок и в данный момент оставался закрытым. Я несколько раз сильно дернул ящик, но он не поддался. Ладно, попробуем по-другому. Я вывернул из стола все остальные ящики и варварски раскидал их по кабинету. Далее я присел рядом со столом так, чтобы можно было просунуть ногу в развороченную стойку с ящиками и носком ботинка ударить по дну закрытого ящика. Я хорошенько размахнулся и ударил. Фанера поддалась, и я пробил дырку в днище. Далее я начал руками доламывать фанерное днище ящика. Вскоре на дно стойки упал пакет. Да, это был он, тот самый пакет с раствором. Я радостно засмеялся и продолжил курочить днище ящика. Но радость моя была преждевременна, больше в ящике ничего не было.

Взяв пакет, я вернулся в коридор. Одного пакета хватит совсем ненадолго. Вероятно, где-то в ящиках хранятся еще пакеты, вряд ли на всю больницу есть всего один пакет с раствором. Я аккуратно положил пакет на стойку регистрации и принялся перебирать ящики.

К сожалению, редко сразу находится то, что тебе нужно. Я перебрал гору ящиков и не добился результатов. Сначала я аккуратно складывал просмотренные ящики в стороне, а потом меня разразила непонятная злоба и я, открывая каждый новый ящик и видя, что пакетов в нем нет, отшвыривал его в стену, будто именно он виноват в сложившейся ситуации. В ящиках было что угодно, какие-то трубки, бумаги, коробочки из гладкого белого пластика, напоминающие современные флешки, и даже ампулы с какими-то неизвестными мне надписями. Но нигде, ни в одном из ящиков не было пакетов с раствором. Вероятно, кто-то побывал здесь до меня, или раствор вывезли из клиники. Так или иначе, я потратил битые два часа впустую. Взяв единственный найденный пакет, я покинул клинику.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Граф
Граф

Приключения Андрея Прохорова продолжаются.Нанеся болезненный удар своим недоброжелателям при дворе, тульский воевода оказался в куда более сложной ситуации, чем раньше. Ему приказано малыми силами идти к Азову и брать его. И чем быстрее, тем лучше.Самоубийство. Форменное самоубийство.Но отказаться он не может. Потому что благоволение Царя переменчиво. И Иоанн Васильевич – единственный человек, что стоит между Андреем и озлобленной боярско-княжеской фрондой. И Государь о том знает, бессовестно этим пользуясь. Или, быть может, он не в силах отказать давлению этой фронды, которой тульский воевода уже поперек горла? Не ясно. Но это и не важно. Что сказано, то сказано. И теперь хода назад нет.Выживет ли Андрей? Справится ли с этим шальным поручением?

Михаил Алексеевич Ланцов , Иероним Иеронимович Ясинский , Николай Дронт , Иван Владимирович Магазинников , Екатерина Москвитина

Самиздат, сетевая литература / Фантастика / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези / Фантастика: прочее
Чёрная сова
Чёрная сова

В золотых горах Алтая, на плато Укок живёт чёрная сова — пробужденный дух шаманки. Лунными ночами она вылетает из своей каменной башни и бесшумно реет на фоне звёзд, чтобы подстрелить ядовитой стрелой очередного путника. Жертвы чёрной совы — исключительно мужчины — бесследно исчезают, а когда появляются вновь, бредят о единорогах, подземном царстве и окнах в параллельный мир.Топограф Андрей Терехов в мистику не верит и списывает эти россказни на чью-то разгулявшуюся фантазию, особенности местного фольклора и банальные приступы белой горячки. В этом убеждении его поддерживает и давнишний приятель Жора Репей — начальник погранзаставы — но складывается ощущение, что у старого вояки свои счёты к загадочной шаманке.Поэтому когда цепь необъяснимых случайностей лишает Терехова напарников, и уже его собственное сознание выделывает с ним шутки — он понимает, что оказался втянут в странную игру невидимых сил. Он пользуется освободившимся временем, чтобы выяснить — кто стоит за легендами о чёрной сове?

Сергей Трофимович Алексеев

Социально-психологическая фантастика
Гномон
Гномон

Это мир, в котором следят за каждым. Это мир, в котором демократия достигла абсолютной прозрачности. Каждое действие фиксируется, каждое слово записывается, а Система имеет доступ к мыслям и воспоминаниям своих граждан – всё во имя существования самого безопасного общества в истории.Диана Хантер – диссидент, она живет вне сети в обществе, где сеть – это все. И когда ее задерживают по подозрению в терроризме, Хантер погибает на допросе. Но в этом мире люди не умирают по чужой воле, Система не совершает ошибок, и что-то непонятное есть в отчетах о смерти Хантер. Когда расследовать дело назначают преданного Системе государственного инспектора, та погружается в нейрозаписи допроса, и обнаруживает нечто невероятное – в сознании Дианы Хантер скрываются еще четыре личности: финансист из Афин, спасающийся от мистической акулы, которая пожирает корпорации; любовь Аврелия Августина, которой в разрушающемся античном мире надо совершить чудо; художник, который должен спастись от смерти, пройдя сквозь стены, если только вспомнит, как это делать. А четвертый – это искусственный интеллект из далекого будущего, и его зовут Гномон. Вскоре инспектор понимает, что ставки в этом деле невероятно высоки, что мир вскоре бесповоротно изменится, а сама она столкнулась с одним из самых сложных убийств в истории преступности.

Ник Харкуэй

Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика