Читаем Сладкая полностью

– Эта река у нас самая мощная и полноводная, – заговорил Гурам Арменович, – и всегда такой была, поэтому народ здесь и селился с древних времён. А сколько легенд с этой долиной связано да с великаном Ахыном, который поселился в этих местах…

Гурама Арменовича можно было заслушаться. Несмотря на его акцент, я понимала каждое его слово, и если честно, это добавляло рассказу какой-то живости и колоритности.

– … так вот одна из легенд повествует, что этот великан злым был, разорял дома, чинил беспорядки, в общем, не давал мира народу из аулов. Тогда-то адыги и шапсуги решили убить этого великана, чтобы дальше спокойно жить. Собрали самых сильных и бесстрашных воинов и кинули между ними жребий. Выпал он на Гуча – сына местного кузнеца. Он, конечно сильный был, но мало этого было, чтобы великана победить, хитрость нужна была. И помог этому воину дед покойный, который пришёл Гучу во сне и подсказал, как одолеть великана.

Как и советовал дед, Гуч наутро расставил бочки с мёдом в тех местах, где часто бывал великан и принялся ждать. Великан, увидев мёд, конечно, накинулся на него и не заметил, как на запах слетелись пчёлы и начали жалить злодея. Мучаясь от боли и спасаясь от пчёл, бежал великан в горы. Он успел сделать тридцать три шага, а на вершине его поджидал отважный Гуч, который и убил великана точным ударом меча. Рухнул великан на скалу, а та раскололась пополам, и из трещины вырвалась струя чистой воды, которая и стала ручьём Джегош.

А потом Гурам Арменович рассказал ещё одну легенду, где великан вовсе не вредил местным жителям, а наоборот, помогал, только вот всё равно умер в схватке с огромным крылатым змеем.

Когда мы развернулись и пошли обратно, так как вперёд было не пройти из-за разлившейся реки, то заметили впереди несколько тех самых ГАЗов, которые повезли туристов на экскурсию к водопадам. Первые два автомобиля пронеслись мимо нас, а вот третий чуть притормозил, и водитель начал махать рукой Гураму Арменовичу. Женин пациент замахал ему в ответ и засеменил к машине, которая и вовсе остановилась.

Воспользовавшись паузой, я нагнулась, развязала свои кеды и, вышагнув из них, осторожно вступила в воду. Она была гораздо теплее, чем в том горном озере, у которого мы останавливались с утра, правда вот острые камешки больно втыкались в стопы.

– Вероник, давай аккуратнее, – попросил Женя, наблюдая за моими действиями, – не ходи дальше, там глубоко.

– Ну, я умею плавать, если что, – посмеялась я, ощущая, как мои ноги по щиколотку приятно охлаждала вода. Я бы сейчас с удовольствием искупалась, так как терпеть жару было уже невмоготу. К вечеру, конечно, стало немного прохладнее, но кардинально ситуации это не меняло.

Наклонилась и, зачерпнув полные ладони воды, полила её на шею. Как же хорошо! Проделала ту же процедуру с ногами до середины бедра и с руками почти что до плеч. Повернулась и ощутила приятную телу прохладу от дуновения ветра. Кайф. Захотелось пройти чуть дальше, сделала несколько небольших шажков и почувствовала, как резко под ногами исчезли камни и стало гораздо глубже. Провалилась почти по колено, встав на какой-то широкий скользкий камень. Осторожно на нём развернулась в сторону берега, шагнула одной ногой вперёд, а вторую потянула за собой. Правда, не заметила другой торчащий камень и проехалась по нему лодыжкой. От неожиданности другая нога подогнулась, и я раскорячилась посреди реки, громко засмеявшись.

– Вероника-а, – простонал Женя. Подошёл поближе и протянул свою руку, чтобы я за неё ухватилась. Я так и сделала. Вышла на сушу, посмотрела на ногу, заметив на лодыжке, чуть повыше косточки царапину, из которой бежала кровь. – Я же предупреждал, – вздохнул Ковалёв и присел на корточки, взглянув на мою рану.

– Да ладно тебе, – отмахнулась я и чуть поморщилась из-за саднящей боли. – Так реагируешь, как будто у меня полноги порезано.

– Заразу можно занести и в незначительную царапину.

– А можно и не занести.

Ковалёв покачал головой, после чего встал на ноги.

Пока мы спорили, к нам вернулся Гурам Арменович.

– Мой друг Гаспар, – махнул рукой он на водителя машины, которая уже завелась и продолжила свой путь. – Пригласил его на наше сегодняшнее застолье со всей его семьёй.

Вопреки недовольным взглядам Евгения, из воды я не вышла. Взяла в левую руку кеды и пошла по самому краю речушки, разглядывая свои ступни под водой. Ноги до сих пор не привыкли к неровным, а иногда и острым камням, и я порой непроизвольно оступалась, чуть покачиваясь. Сначала Женя на меня просто косился, а потом, не выдержав, крепко взял меня за руку. Стало приятно, причём непонятно, от чего. Ясно ведь, что он сделал это для того, чтобы если я в очередной раз раскорячусь посреди реки, то хотя бы он меня удержит, и я не упаду в воду. Но всё равно, это было как-то… заботливо, что ли. Если бы не одно «но», вспомнив о котором, я аккуратно высвободила свою ладонь из его. Он повернулся, явно не понимая, что меня не устроило, а я тихо сказала, чтобы услышал меня только он:

– Родственники.