Читаем Скипетр Древних полностью

– Просто решила зайти, – весело ответила Стефани. – Проверить, как вы поживаете.

– У нас всё хорошо, – ответила Кристал. – У нас есть дурацкая машина и дурацкая лодка. А как твой дом?

– Кристал, – сказала Стефани, – я знаю, что вы, наверное, сердитесь из-за наследства и всего остального, но я тоже не понимаю, почему мне всё это оставили.

– Потому, что ты подлизывалась к нашему дядюшке, – насмешливо ответила Кристал. – Если бы мы знали, что надо всего лишь улыбаться и разговаривать с ним, мы бы тоже это делали.

– Но я не знала…

– Ты обманывала.

– Я не обманывала.

– У тебя было несправедливое преимущество.

– Но откуда? Откуда я могла знать, что он умрёт?

– Ты знала, – ответила Кристал. – Ты знала, что рано или поздно он умрёт, и стала втираться к нему в доверие пораньше, чтобы не оставить нам никаких шансов.

– Ты вообще его любила?

Кристал снова зло усмехнулась.

– Необязательно любить кого-то, чтобы что-то получить.

Стефани с трудом удержалась, чтобы не ударить Кристал по ухмыляющемуся лицу, но в этот момент в дверях появилась Берил. Она увидела Стефани, и её глаза расширились от удивления.

– Стефани, что ты здесь делаешь? – спросила она.

– Она решила, что может зайти, – ответила Кристал, – и узнать, как мы поживаем.

– Очень мило с твоей стороны, дорогая.

Кристал воспользовалась возможностью и ушла, не попрощавшись. Стефани сосредоточилась на Берил.

– Вы не носите брошь, которую вам оставил Гордон?

– Эту ужасную штуковину? Нет, и не думаю, что когда-нибудь буду её носить. Она даже не блестит. Сразу видно, что это дешёвка.

– Жаль. Мне показалось, она выглядела очень мило. Она бы подошла к вашим кардиганам…

– Мы видели тебя вчера, – перебила Берил.

– Простите?

– В ужасной жёлтой машине с этим отвратительным Скалдаггери Плезантом.

Стефани охватила паника, но она заставила себя улыбнуться и удивлённо рассмеялась.

– Наверное, вы ошиблись. Вчера я весь день была дома.

– Чушь! Вы проехали прямо мимо нас. Мы тебя как следует разглядели. И его мы тоже видели. Он снова был весь закутан, как в прошлый раз.

– Нет, это была не я.

Берил благочестиво улыбнулась.

– Ложь – грех, тебе это известно?

– А я слышала, что сплетни…

– Фергус! – позвала Берил, и через несколько минут из гостиной появился её муж. После «серьёзного падения» на работе он теперь постоянно сидел дома и собирался подать на своих работодателей в суд, уверяя, что их небрежность привела его к тяжёлым травмам. Однако когда он подходил к двери, то совсем не выглядел больным.

– Фергус, Стефани уверяет, что вчера её не было в машине с ужасным мистером Плезантом.

Фергус нахмурился.

– Она назвала нас лжецами?

– Нет, – ответила Стефани, усмехнувшись. – Я просто сказала, что это мог быть кто-то другой.

– Стефани, – укоризненно произнесла Берил, – давай не будем играть в игры. Мы знаем, что это была ты. Очень грустно видеть, что такая милая невинная девочка, как ты, связалась с плохими людьми.

– Плохими людьми?

– С чудиками, – усмехнулся Фергус. – Я уже раньше встречал подобных. Гордон окружал себя такими людьми. Людьми, у которых были тайны.

– И почему он прячет своё лицо? – спросила Берил. – Он изуродован?

– Понятия не имею, – ответила Стефани, стараясь говорить спокойно.

– Ты не должна доверять подобным людям, – продолжал Фергус. – Я всю жизнь вращался в их кругу и видел всякое. А мне при этом нисколько не хотелось иметь с ними дел. Никогда не знаешь, с кем связался и какую гадость они готовят.

– Мне мистер Плезант показался вполне порядочным, – небрежно заметила Стефани. – Вообще-то он был очень мил.

Берил печально покачала головой.

– Я и не ждала, что ты поймёшь. Ты всего лишь ребёнок.

Стефани ощетинилась.

– Вы даже с ним не говорили.

– Взрослым не надо говорить с другими взрослыми, чтобы понять, что это плохие люди. Нам достаточно одного взгляда.

– Значит, любой, кто от вас отличается, плохой человек?

– Любой, кто отличается от нас, милая.

– Мои родители всегда говорили, чтобы я не судила людей по внешности.

– Ну, – чопорно произнесла Берил, – если они считают, что могут позволить себе жить в невежестве, то очень заблуждаются.

– Мои родители не невежественные.

– Я так не говорила, милая. Я просто сказала, что они живут в невежестве.

Стефани больше не могла этого выносить.

– Я хочу писать, – внезапно сказала она.

Берил моргнула.

– Прости?

– Писать. Я хочу писать. Можно воспользоваться вашим туалетом?

– Думаю…

– Спасибо.

Стефани прошла мимо Берил и Фергуса и побежала вверх по лестнице. Она вошла в туалет, и когда убедилась, что Берил не последовала за ней, осторожно прокралась в главную спальню и подошла к шкатулке с драгоценностями на туалетном столике. Шкатулка была тяжёлой, каждое отделение набито безвкусными безделушками, которые мерцали, сияли и переливались. Стефани нашла брошь в выдвижном ящичке в нижней части шкатулки, где она лежала рядом с одной серьгой в виде кольца и пинцетом. Она сунула брошь в карман, закрыла шкатулку, вышла из комнаты, спустила воду в туалете и помчалась вниз по лестнице.