Господи, а что, если он и впрямь это увидит?

Ну и что такого? У него эта Руби имеется, которая – кем бы она ему ни была – присылает подарки в сверкающей упаковке, перевязанные золочеными лентами!

И Клара тут же вспомнила о детях, оставшихся дома. Она ведь обещала, что к двенадцати вернется – прямо как Золушка! Впрочем, она знала, что Анита на нее в любом случае не рассердится и ее не подведет. Боже мой, Клара, да действуй ты наконец! Подумай только, обеспеченный солиситор!

И у Клары вдруг мелькнула мимолетная мысль: а действительно ли Анита и доктор Кардью друг друга любят? Или, может, Анита любит только «денежную» профессию доктора?

Возможно, впрочем, в их отношениях всего понемногу.

* * *

Тогда, с Майклом, Кларе, конечно, не пришлось так долго ждать. Тогда все было иначе; тогда Мировая война была в самом разгаре, и человек действительно порой терял управление собственными инстинктами и сдерживающими центрами, даже того не сознавая.

Теперь она, конечно, стала старше, и совершать ошибки ей не хотелось. Хотя это вряд ли стоило считать ошибкой. Она просто нервничала, однако полностью отдавала себе отчет в собственных действиях. И потом, Джулиан действительно был привлекательным мужчиной. И с каждым днем все больше ей нравился.

Это была, безусловно, совершенно иная разновидность отношений мужчины и женщины. Более зрелая. Взрослая. Более соответствующая женщине, которой скоро тридцать, и пятидесятилетнему мужчине. Впрочем, значительная разница в возрасте Клару больше не волновала; она понимала, что это не так уж плохо.

Им обоим довелось многое пережить. А любые испытания меняют человека, хочет он этого или нет. Дни ярких чувств и бешеного накала страстей – когда основным лейтмотивом было «завтра мы, возможно, умрем, так что…» – остались позади. Теперь Кларе требовался более разумный подход. Джулиан был человеком серьезным – то есть именно то, что нужно. Она больше не хотела ни волшебной всепоглощающей любви, ни безумной страсти. Ей хотелось обрести надежного партнера, на которого она всегда могла бы опереться. И хорошо бы с собакой. Насчет собаки никаких сомнений у нее не возникало – Бандит оказался существенным бонусом.

– Виски? – прервал ее мысли Джулиан.

– Да, пожалуйста.

Он вручил ей стакан, поцеловал в шею, потом чуть ниже подбородка.

– С Новым годом, дорогая! С тысяча девятьсот сорок девятым… А теперь давай немного повеселимся.

Глава тринадцатая

Сэр Маннингс жил в большом доме, и все стены там – и в холле, и в гостиной – были, как и предполагала Клара, увешаны изображениями лошадей. Черные лошади, птицей перелетающие через зеленые изгороди; белые лошади, мчащиеся по пляжу; гнедые лошади на белом снегу; и все они выглядели такими живыми, что, казалось, слышится топот их копыт.

– И чувствуется запах навоза? – рассмеялся сэр Маннингс.

– Да, и это тоже, – улыбнулась Клара.

На вечеринке в канун Нового года ей показалось, что он не так уж и стар, но теперь было ясно: ему наверняка за восемьдесят. Он никак не мог справиться со своей трубкой и набивал ее бесконечно долго дрожащими пальцами; руки у него были все в коричневых пятнах, что свидетельствовало о неполадках с печенью. Его окутали клубы дыма, но Клара старалась не кашлять – ей не хотелось, чтобы старик счел ее слабой или невежливой. Хотя, как она подозревала, ему многое вокруг представлялось либо проявлением слабости, либо отсутствием воспитания.

Его домоправительница, говорившая с чудесным, каким-то уютным, шотландским акцентом, обладала той редкой способностью, которая заставляет человека постоянно чувствовать, что он окружен заботой. Чай она подала в таких красивых изысканных чашках, что с ними не мог тягаться даже любимый сервиз Джулиана. К этому дивному фарфору Клара отнеслась прямо-таки с трепетом; ей все время казалось, что она вот-вот уронит и вдребезги разобьет тонкостенную, почти прозрачную чашечку или просто обольется чаем. Сэр Маннингс сказал, что жена его поехала на верховую прогулку, и Клара удивилась: Надо же, я и не знала, что у него есть жена! А потом подумала: А что я вообще о нем знаю? И что я здесь делаю?

– Знаете, – сказал сэр Маннингс, – у меня насчет ваших детей возникла одна идея.

Клара напряглась, опасаясь, что это нечто, связанное с лошадьми. Лошадей она недолюбливала, хотя и чуточку меньше, чем коров.

– Киноклуб!

Киноклуб?

– В Ипсвиче, в кинотеатре «Ритц» на утреннем сеансе по субботам показывают детские фильмы компании Эй-Би-Си[19].

Клара знала об Ипсвиче только то, что там имеется классическая школа, а также то, что, по мнению мистера и миссис Гаррард, ее детям-сиротам следует жить именно в этом городе, а не в Лавенхэме. Неужели это уловка?