Читаем Синие пески. полностью

Та жестом руки отсылает послушниц выбрав ткань для празднества, чтобы те успели пошить ей новый костюм. Как всегда, в красных оттенках с темными бордовыми витиеватыми узорами на тонкой ткани.

– Казым, – томно выдыхает женщина и располагается на маленьких расшитых золотыми нитками подушках. – Ты наверное голодна после прогулки по базару.

Она хлопает в ладоши над своей головой раздражая подвески, которые звенят в такт ее движениям и откидывается на подушки.

К нам подходит одна из девчонок неся в руках деревянный поднос заставленный маленькими армуду. Ставит его на пол чуть сдвигая подушки и разливает темную ароматную пряную жидкость по фигурным прозрачным чашечкам. Пар, завихряясь, поднимается над стеклом и смешивается своим ароматом с запахом благовоний.

Кончики пальцев обжигает нагретое стекло и чуть подув на темную поверхность я будоражу и заставляю пузыриться темную гладь.

Нутро обжигает гамма вкуса чайного напитка и по телу растекается приятное тепло. Та же девчонка приносит еще один поднос уставленный расписными маленькими тарелочками со сладостями в форме шариков обсыпанные стружкой ореха и сухофруктами. Коротко поклонившись верховной жрице она отступает от нас создавая иллюзию приватности. Но готовая по малейшему кивку настоятельницы сорваться, чтобы тут же выполнить поручение.

Порывшись в складках своего одеяния абла Наира выуживает на слабый свет небольшой мешочек из которого набивает тонкую длинную трубку, мундштук которой украшен вырезанной из кости мордой дикого животного. Щелкает пальцами вызывая на их кончиках маленький синий огонек прикуривает. Выдыхает через ноздри чтобы тонкие струйки дыма потянулись в обрамлении ее лица вверх к потолку.

О чем то задумавшись прислоняет руку с трубкой к лицу слегка наклонив голову, как будто придирчиво изучает содержимое расписных тарелочек.

– Эти сладости, – она тычет трубкой в сторону конфет обсыпанных ореховой стружкой, – изобрела во времена Забвения одна мудрая женщина, чтобы среди претенденток ее выбрал в жены султан Вэлион. Он был сражен ее острым умом и сладкими речами, и посчитал что эти сладости передают в полной мере ее содержание.

Абла Наира заходится в долгом протяжном кашле и смахнув слезинки с уголков глаз снова затягивается трубкой.

– С того времени до нас дошел только их рецепт, – она как будто виновато улыбается прося прощение за столь скудную трапезу. – Но история даже по сей день считается удивительной.

– Что может быть удивительного в рецепте?

– Ах, казым, ты как всегда груба и невежественна. Я понимаю ты здесь считаешь себя гостьей, но, теперь ты не просто под нашим покровительством, ты одна из нас и должна понимать нюансы наших обычаев. – жрица кончиками пальцев подхватывает конфету и несколько стружек падают на ее тонкую из красной ткани рубаху. – Удивительным считается момент, что из простых продуктов, можно сделать что-то поистине чарующее. То что украдет сердце черствого воина.

Она отправляет в рот конфету и в блаженстве закатывает глаза заставляя меня терпеливо ждать когда жрица насладится яством.

– Когда-то здесь были леса, кроны которых скрывали небо, – прожевав резко переводит тему жрица, – они были воистину прекрасны и опасны, тая в своих недрах великие знания и чудеса. Но однажды с неба упала звезда.

По моему телу пробегают мурашки заставляя кожу натянуться от услышанного. Откуда-то это женщина знала о моем сегодняшнем сне, успевшим забыться в суете дня.

Абла Наира улыбается получив удовольствие от моего вытянутого в удивлении лица. Затягивается чтобы выпустить через ноздри тонкие струйки дыма.

– Она таила в своем лоне прекрасное существо. И тогда были сосланы к самому кратеру могучие воины, чтобы достать самый большой самородок. В том месте кровь лилась рекой, обрывались жизни и рождались новые союзы чтобы владеть самым главным богатством нашей земли. Но никто не ожидал увидеть там нечто необычное.

– Там была она? – Слова сами срываются с моих губ, и потупившись я отвожу взгляд от лица жрицы.

Та довольно кивает снова затянувшись трубкой.

– Там была она. Девушка с фарфоровой кожей и глазами цвета неба. Тонкая почти что призрак и изящная как сама лань. От взгляда которой воинам становилось стыдно за пролитую кровь и гневные речи. Она могла взмахом ресниц сжигать города. Малейшее движение кончика пальца возводило горы. И само ее существование даровало неописуемый восторг. И тогда наш первый падишах, правитель степных земель решил что будет владеть ею.

В наступившей тишине отчетливо слышны мягкие шаги послушниц. То как они переговариваются между собой зажигая лампадки и выкидывая основания прогоревших дотла палочек благовоний.

Абла Наира кончиком пальца водит по ободку маленькой пиалы задумчиво хмуря брови.