Читаем Сингулярность полностью

Вошедшему Дмитрию показалось, что вместо инженера-программиста в центре зала совершает пассы таинственный чародей, а помещение пронизано вспышками молний, наполнено запахом озона, слышен слаженный хор могучих древних голосов и раскатистый гул больших барабанов.

А вызванное Миной существо отказывается повиноваться хозяину, но не потому, что строптивое – впервые чародей не может дать достойный приказ.

– Ага! – вскрикивала Мина. – Ага! А так можешь?

Меж ее пальцев проскакивали искры, а экипаж ощущал, как колеблется пространство, вот дрогнуло особенно сильно, толкнулось, шумно вздохнуло, и в лаборатории забился упругий пульс могущественного существа. Призрачные символы разгорались ярче, будто оживали, озоном пахло все сильнее.

– А на это тебя хватит?! – закричала девушка. Искусанные губы сжаты, мокрые пряди прилипли ко лбу, но глаза сияли ярче всех звезд Вселенной. – Неразрешимая задача!

Будто выдернули пробки из пузатых стеклянных сосудов – раздалась серия протяжных чпокающих звуков, и на волю вырвались всемогущие джинны. Лаборатория исчезла, пронзенная мириадами лазерных нитей, превращенная в гигантскую голограмму. Люди словно попали в центр многомерного вычислительного процесса. И все же Мине пришлось признать поражение. И главный инженер Копылов готов был поклясться, что за миг до того в лаборатории послышался утробный вздох могучего существа, довольный и протяжный.

Девушка длинно простонала и прижала ладони к мокрым вискам.

– Я… я не могу…

Глаза покидала пелена, дыхание шло тяжелое, со всхлипами.

– Что это было? – спросил Дмитрий. – Танцы, борьба, любовь?

– Это невообразимо, – сказала Мина. – Я чувствовала себя всемогущей! Я не знала, чего придумать еще, что бы он не мог!

– Итак, новое оборудование – мужчина. Причем… весьма нравящийся женщинам, – ревниво сказал Дмитрий.

– А это не опасно? – спросил Копылов со смешком. – А то показалось…

– Будто живое, да? – сказала Мина. – Мне тоже. Но послушайте… это же действительно нечто! Эта машина может все. А если не может… то этого не может никто!

– Да, выглядело внушительно, – сказал Носов. – Надеюсь, так будет не всегда, когда вы станете работать на ней? Здоровья надолго не хватит. А если завтра пришлют вээмы еще больше, еще чудовищней? Хотя куда дальше… у меня от этого-то монстра чуть сердце не выпало.

Он сердито посмотрел на большие матовые блоки нового оборудования.

– А ты уверена, что справишься? – спросил Дмитрий. – По-моему, ты сейчас не полностью владела ситуацией. Может, эта машинка не для женщин?

– Справлюсь, – ответила Мина. – Справлюсь! – Сообразив, что Дмитрий вновь подкалывает ее, решила обидеться. – Я, между прочим, – сказала она, – программист высшей категории.

– Это понятно, – кивнул Дмитрий, – но эта штука – другая, и ей нет дела до того, что ты умеешь обращаться с устаревшей техникой. А получится быть на равных с ней? Ты как, справишься? Как чувствуешь?

Мина сморщилась. Когда она отдавала команды, всего лишь тестируя процессор в обычном режиме, не смогла даже определить границ его возможностей. И объяснить, что испытала, работая с воплощением человеческого гения, – не могла.

– Думаю, справится, – сказал Копылов. – Сам видел, как это было. А что нас ждет?

– Это всегда так шумно будет? – спросил Носов. – И феерично? Не хотелось бы. Нервы хоть пожалел бы кто.

– Да-а… – сказал Дмитрий. – Женщина на борту – куда без фейерверка.

– Нет, я просто не удержалась, разошлась. Скромнее все будет, – улыбнулась Мина. – Без встрясок. Привыкну. Обычная работа.

Приемник жужжал без перерыва уже часов двадцать, корпус раскалился, из коллектора вырывались горячие струи, будто из жерла вулкана.

– Последняя заливка, – сказал Копылов. – Весь комплекс прошел! Быстро получилось, а как-то неделю возились. Дышать не могли, в бассейн по очереди бегали.

– Это он помогал! – ответила Мина и погладила блок процессора. – С таким обеспечением можно и пошире порт держать, но я пока боюсь… его с цепи спускать.

– А ты не бойся. Оборудование тоже не простое. Прелесть пока смог оценить только я, но скажу, руки ни в чем не уступают мозгу. Когда комплекс развернем и подключим к процессору, сама почувствуешь. Данных соберем – обрабатывать успевать не будем.

– А знаете… это уже патология, – сказал Носов. – Человека трясет от нетерпения и жадности. Запустить скорее иглы, щупы в космос, сдавить, потыкать, на зуб попробовать.

– Ну так, – ответил Копылов, – и вы, врачи, в человека тыкали. Зато теперь знаете, куда уколы ставить.

– Дима, ты меня с Центром не свяжешь? – спросила Мина. – У меня вопросы по подключениям.

– Что, твой друг все-таки поставил в тупик? – сказал Дмитрий. – Не разобралась? Мне уже страшно. Смотри, когда Край начнем щупать, не ошибись.

После сборки и установки нового оборудования количество и качество получаемых данных изменилось. Поток информации хлынул в Центр. Оператор Дима измучился, проводя бессонные ночи в диспетчерской, а Носов все время вздыхал. Копылов же и Мина не вылезали из лаборатории, расходясь только на короткий сон.

– Ну, как там Ухо? – спросила Мина.