Читаем Сингулярность полностью

– Да, киборг! Желаем узреть, что народится! – вперед шагнул рослый священник в черной сутане. Нашитый золотой крест на высоком клобуке качнулся, словно соглашаясь. Он барьером утвердил черный посох с золотым распятием перед собой. Толстые волосатые пальцы стиснули и побелели, словно удерживая рукоять двухпудовой кувалды. Вперед шагнул, засияв широкой бородатой улыбкой, православный священник. В митре, словно уголь костра инквизиции, загорелся алый огонек работающей камеры. Белая, расшитая золотом риза колоколом повисла на дородном теле. Длинные светлые волосы волной выливаются из-под священного головного убора.

«Как нерационально они используют череп, – промелькнуло у правителя, – как болванку для волос и шапки. По образу и подобию Господа, значит. Умудряются игнорировать логику даже собственных фраз. По-прежнему считают самодостаточной древнюю байку о грехопадении. Яблоки… змеи… бред!»

– Уже прошло три поколения, как у зачеловеков не рождались дети, поэтому люди взбудоражены…

– Не рождались за ненадобностью, а не по техническим причинам. – Правитель автоматически досылал 95 % информации через интернет-канал. Но священники слепы в этом диапазоне… – Правительница Мальва решила родить, и никто не вправе препятствовать, – резкие слова дополнились рубанувшей сверху вниз ладонью. «Надеюсь, реальный жест сойдет за категоричное утверждение».

– Да-да, конечно, мы знаем о вашей легендарной силе воли. Вы можете по своему желанию отрекаться от соблазнов полного подключения, что не снились и святому Антонию. Мы прекрасно осведомлены, что вы – правители именно благодаря этому. Просто, во избежание кривотолков, нас отрядили присутствовать при рождении ребенка.

Тадрак слушал священников и одновременно принимал массу отфильтрованной интернет-информации. Действительно человечник серьезно и иррационально взбудоражил простой факт – рождение младенца. Похоже, всего за пару поколений людям понравилось считать залюдей-правителей киборгами. Нелюдями, которых вынужденно терпят, поскольку лучших управляющих не бывает. К тому же только они могут контролировать киборгов-ученых, на которых, так или иначе, работает все человечество. Поднялись и раздулись древние страхи. Всплыла потертая Бредсказателями цифра 666. Седые пророки на множестве личных каналов вещают о конце света и пришествии зверя…

А голос священника журчит успокаивающе-мягко:

– Нам нет нужды присутствовать при таинстве рождения. Но категорически настаиваем быть рядом в первые минуты при младенце и роженице.

– Не сейчас. Вопрос закрыт. – Андроид выпрямился и скрестил руки на груди. Священники, похоже, ждали чего-то подобного. Брови столкнулись на переносицах. Глаза загорелись праведным гневом. Все разом задрали и укоротили одеяния узлами. Говорливый священник крутанул посох и вдруг резким выпадом пронзил глаз андроида. Острие выскочило из затылка, выбив фонтанчик осколков микросхем. Коротко полыхнули зеленоватые искры. Воздух разом наполнился чадом горящего пластика. Тело сломанным манекеном рухнуло, нога нелепо вывернулась и часто-часто задергалась, шкрябая сползающим ботинком каменный пол. Теперь только черная входная дверь преграждает путь. Монах в черном усмехнулся, хищно оскалив клык. Взял посох пониже распятия, с сухим щелчком передернул, как затвор древнего помпового ружья. Бубух! Соратники на пару секунд оглохли – плазма удивительно громко грохочет. Вместо автоматического замка появилась дымящаяся дыра. Удар кованого каблука, и разлетевшиеся в стороны двери пропустили коммандос в нарочито варварски разукрашенный приемный холл. Позолота, виньетки, финтифлюшки, причудливо зачесанные растения… Два андроида-манипулятора, искря и кувыркаясь, отлетели от пропеллеров-посохов идущих клином священников. Не мешкая, католический падре выхватил из посоха коротко свистнувшую полосу стали. Лезвие рубануло руку пытающегося подняться андроида. Падре лихо поймал и приложил отрезанную кисть к сенсорам. Бронированная дверь послушно посторонилась. Тяжелые ботинки бухают в плиты пола. Камеры в клобуках и митрах снимают шествие. Грозные жезлы бдительно отслеживают входы и выходы. Милейшие священники разом превратились в стремительную колонну спецназа. Короткие лестницы, переходы, броски. Похоже, башню правителей изучили лучше своих квартир. «Вот, вот ступени к последнему бастиону зла! Еще немного, и достигнем!»

Вдруг со стальным лязганьем захлопывающегося капкана навстречу друг другу с потолка и из пола выскочили толстые металлические переборки, не учтенные планом штурма. И правитель, громадный, как мачта, спрыгнул из открывшегося в потолке люка. Ни одного лишнего движения. Спружинил чуть подогнувшимися ногами, по оранжевому одеянию пробежались багровые адские сполохи. Священники разом отшатнулись.

– Как вы посмели в мой дом ворваться?! – властно и свирепо вопросил правитель. Выпрямился. Властный, могучий, один против всех. Демон!

– Укрепимся, братия! С нами Бог! – выкрикнул простоволосый иезуит. А правитель медленно поднял длинные руки со скрюченными пальцами.