Читаем Сингулярность полностью

– В голову залезть могут? – спросила она пугливо. – В смысле, сами?

– Нет, – заверил я. – Нет. Никогда. Я тебя люблю, милая.

– Это я тебя люблю!

– Нет, я…

Через некоторое время она отключила связь, а я еще некоторое время пытался вспомнить, на чем оборвалась моя гениальная мысль, которую ну никак не понимают все прочие дураки. Было бы просто замечательно, если бы нам вредил какой-то компьютерный вирус. Пусть он не в самом человеке, но, скажем, в Алкоме. Стоило бы провести полное сканирование…

Чувствуя возбуждающую дрожь, я бросился к терминалу. А что, если все-таки Алкома подхватила вирус? И что из того, что защищена всеми возможными способами? Это – возможными. Но вирусы мутируют. Вон птичий грипп откуда-то появился, проходит все защиты, вакцины… то есть антивируса еще не придумано. Может быть, компьютерные вирусы тоже мутируют?

Почему не предположить, что такое случилось? Вирусы созданы давно. Постоянно взаимодействуют в компьютерах, я вот обычно за один проход вылавливаю их десятками. А как-то у дяди проверил антивирем, отыскал и уничтожил восемьсот с лишним штук. В основном безобидные, но вдруг эти безобидные, вращаясь среди таких же безобидных, из-за мелких сбоев могут превратиться в нечто опасное?

Конечно, еще вопрос, как такой вирус может попасть в суперзащищенную от всех помех Алкому… Да мало ли блютусов, вайфаев, най-гелов, фрикастов и прочего-прочего беспроводного доступа? И хотя Алкома напрямую не подключена к Интернету, но кто знает возможности нынешних хакеров, сегодняшней аппаратуры. Может быть, сама в состоянии выхватывать прямо, как говорится, из воздуха, а на самом деле из пронизывающих ее, как и всех нас, радиоволн…

– Тотальная проверка! – велел я в микрофон.

– Уточните параметры, – ответила Алкома приятным женским голосом.

– Поиск чужеродной программы, – сказал я. – Выявить несанкционированный доступ. Что-то иное, кроме команд, заданных от моего имени. Вернее, лично от меня.

– Задание принято, – ответила она ровным голосом, – приступаю к выполнению.

– Смотри внимательно, – добавил я строго, хотя такую команду машина не поймет, но мы многие слова проговариваем для себя, даже когда нет публики. – Иначе тебя заберут от нас и передадут в чужое королевство злобным колдунам, потому что все наши конкуренты – тупые и злобные чернокнижники, а наука только у нас…

Она сканировала свои емкости, я некоторое время ерничал вслух, скрывая даже перед машиной страхи и неуверенность. На пороге сингулярность, дорог к ней несколько, а самая прямая, как уверены в моем институте, это наша. Сеттлеретика рулит!

К гонке подключены сотни НИИ, выигрыш впереди маячит просто сказочный. Бессмертие, усиление возможностей, возможность быть сразу во множестве мест, видеть и слышать все через все видеокамеры, работать над сотней проектов сразу…

Мечтать люблю, в этом я достиг наибольшего мастерства, могу намечтать такое… а на экране по большому кругу, как по циферблату, медленно ползет стрелка, оставляя за собой закрашенное зеленым пространство. Это для наглядности, мы, люди, предпочитаем вот такие простые и понятные картинки. То, что остается за стрелкой, проверенно насчет вирусов.

Уже меньше четверти, я смотрел неотрывно, потом выдаст итог о пойманных, помещенных в карантин и уничтоженных, или пока не выявлено… Впрочем, даже одного достаточно, чтобы вызвать сбой. Осталась пятая часть, шестая, седьмая… Дальше пошло быстрее, хотя на какой-то миг Алкома вроде бы задумалась, что-то проверяя и перепроверяя в себе, на экране появился полностью закрашенный зеленым цветом диск.

Бесстрастный голос сообщил:

– Проверка закончена. Посторонних программ не обнаружено.

– Совсем? – спросил я упавшим голосом.

– Посторонних программ не обнаружено, – повторил голос.

– Отбой, – произнес я упавшим голосом.

По руке от локтя в сторону кисти пробежал приятный холодок, теперь это заменяет виброзвонок, на экранчике возникло милое и встревоженное лицо Наташи.

– Антон, – сказала она жалобно, – хватит себя мучить. Езжай домой. Я приготовила обед…

Я спросил обалдело:

– Уже обед?

– Ты на часы не смотришь?

– Извини, а ты одна… не сможешь?

– Я столько не съем, – ответила она серьезно. – Не терзай себя. Заканчивай, я тебя жду. На твоем институте свет клином не сошелся. Что-нибудь придумаем.

Я подавил вздох и ответил ровно:

– Да-да, милая. Я скоро приеду.

Она сказала повеселевшим голосом:

– Только за дверные ручки берись через салфетки. И вообще не трогай руками лицо. Пока не приедешь и не помоешь руки с мылом.

– Что случилось? – спросил я. – Птичий грипп?

Она помотала головой:

– Нет-нет, просто предосторожность. Вирусы очень быстро мутируют. Сегодня безопасны, завтра могут нанести вред…

– Буду осторожен, – пообещал я.

Она улыбнулась и поспешно отключила связь, я уже слышал, как на кухне что-то шипит и потрескивает. Сапожник ходит без сапог, а микробиолог везде видит микробы. Я вот их в упор не вижу, для меня и солнце встает на востоке и заходит на западе, а вовсе не Земля вертится…