Читаем Синева небес полностью

5 августа

Господин Фудзио Уно!

Как Вы и просили, я посадила семена вьюнков. И недавно почти все вьюнки полностью расцвели.

До прошлого года мои вьюнки по утрам весело подставляли свои лепестки серебристому свету утреннего солнца, но в этом году в их синеве затаилась глубокая печаль. Бывают дни, когда мне кажется, что от этой печали нет спасения. Вместе с тем, я думаю, что с печалью нужно бороться, сколь сильной бы она ни была. Я чувствую, что знаю, как ее преодолеть.

От адвоката Кадзами я услышала, как Вы дали ложные показания. Адвокат со смехом сказала: «Наверное, он солгал, чтобы запутать полицейских». Если бы речь шла о постороннем человеке, я бы тоже рассмеялась, подумав, что не стоит так сильно огорчаться. Правда ли, что Вы сказали: «Не думайте, что я отдал вам все трупы. Неподалеку от Мороисо я закопал тело одной филиппинки, а кроме того, у Араисо — могила еще одной девушки, служившей секретаршей в какой-то конторе»?

Зачем Вы наговариваете на себя? Почему Вы так хотите привлечь к себе внимание? Ведь такое поведение особой чести не делает. Зачем выставлять себя напоказ? Человеческое счастье в том, чтобы тебя понимали близкие люди, чтобы спокойно, не привлекая внимания, жить в маленьком городке, освещенном лучами солнца и сиянием звезд. Наше с Вами восприятие жизни слишком различно.

Осенью, похоже, начнется судебный процесс по Вашему делу.

В беседах с адвокатом Кадзами я редко касаюсь вопроса о возможном исходе суда. Отсутствие надежд на оправдательный вердикт я считаю весьма прискорбным, мне горько думать об этом, я даже не могу обсуждать это с другими. Вместе с тем я прекрасно понимаю, что недовольство адвоката Кадзами по этому поводу совершенно не означает, что она потеряла желание заниматься Вашим делом.

Но это желание не продиктовано стремлением облегчить Ваш приговор. Оно не связано с Вашим приговором… Точнее говоря, оно не связано с важностью решения, которое будет принято судом по законам, установленным людьми… Оно связано с тем, как Вы проживете отпущенное Вам время.

Я не говорю Вам: «Покайтесь!» Мне не нравятся такие слова. Ваше решение — это Ваше решение, я не собираюсь подталкивать Вас к нему. Вы — хозяин оставшегося у Вас времени, поэтому от Вас одного зависит, как им распорядиться — с пользой или без пользы.

Недавно я встретилась с Х-сан, с которой Вы ездили в Иокогаму. Случайно встретилась. За это время ничто не изменилось в ее личной жизни. К тому же в нее грубо вмешались журналисты. Ее муж по-прежнему ездит к другой женщине, от которой у него родилась дочь. Он хочет видеть малышку, но в то же время он не может бросить Х-сан, которая разрешает ему видеться с ребенком. Она очень страдает, но просила меня передать Вам, что она благодарна за то, что осталась в живых. Вы убивали, но и дарили жизнь. Бог, разумеется, помнит и то, и другое.