Читаем Синее привидение полностью

— А, это ты, Анюта! Видишь, в полном рассудке! Беседуем с представителем прессы.

Муж и жена вошли в комнату.

— Знакомьтесь! Моя супруга.

«Бог мой! Да это же незнакомка под синей вуалью. Так вот оно что!»

Сорокин сгорал от нетерпения проверить, не ошибается ли он, что жена Шалимова и есть та таинственная незнакомка, потерявшая зеркальце с портретом Замшина. Как раз Шалимова вызвали по телефону, находящемуся в кабинете.

— Если не ошибаюсь, сударыня, я имел удовольствие встречать вас?

— Разве?

И Анна Шалимова прямо посмотрела в глаза Сорокину. Ей было лет тридцать. Она вполне сохранилась. Это была худенькая шатенка с птичьим лицом и наивными глазами. Губы ее были тонкие, плотно сжатые, свидетельствующие о замкнутом характере.

— Скажите, где мы встречались?

Она играла брильянтовым кольцом. Сорокин жалел, что затеял столь опасную игру и находился в нерешительности. Но мешкать нельзя было, так как каждую минуту мог войти Шалимов.

— Вчера вечером я вас встретил на Каменном острове. И даже больше скажу. Вы потеряли одну вещь.

— Что вы говорите?

— А вот, извольте видеть.

Сорокин вынул из кармана найденное им зеркальце в золотой оправе.

Анна побледнела. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Сорокин не на шутку испугался. Но Анна овладела собой.

— Покажите?

Она протянула руку. Сорокин отдал ей зеркальце.

— Да, это моя вещь. Где же вы нашли его?

Но Сорокин не успел ответить, так как вошел муж Анны.

III

— Куда же вы?

— Не могу-с.

Сорокин простился с Шалимовыми и быстро спустился вниз по широкой отлогой лестнице, устланной ковром. Он решил во что бы то ни стало выведать у Феклы истинную причину смерти доктора Замшина. Для этого он отправился в таинственный особняк и, под предлогом караулить привидение, к большому неудовольствию Феклы, остался в кабинете Замшина. Фекла приготовила ему постель на кожаном диване. Прежде, чем лечь спать, он тщательно осмотрел все комнаты, запер черную дверь и ключ взял с собой.

— Да ты чего распоряжаешься, как в своем доме?

Сорокин прикрикнул на Феклу, и она присмирела.

Было уже два часа ночи, но репортер все еще не спал.

— А все-таки любопытно. У этих супругов Шалимовых, кажется, рыльце в пушку. Но как их вывести на чистую воду? Ведь глупо лежать здесь на диване и ожидать каких-то привидений. Эта чертовка Фекла потешается надо мной.

Сорокин хотел было уже встать и уйти, но постепенно дремота охватила его. Белесоватый дрожащий свет белой ночи чуть проникал сквозь щели драпри и парусиновые шторы, которые как будто вздулись и казалось, что кто-то спрятался за ними. Нельзя сказать, чтобы Сорокин был трус. Но то, что произошло, привело его в ужас. Сорокин никогда не знал, что значит, чтобы от страха волосы поднялись дыбом. Но так было.

Кабинет имел две двери — в прихожую и в приемную. Обе двери были заперты, и ключи лежали на столе. Диван, на котором лежал Сорокин, стоял против двери в приемную и, откуда бы ни вошли в кабинет, диван бросался в глаза. Сорокин сбросил с себя одеяло и для того, чтобы побороть дремоту, запустил руку под подушку, чтобы достать портсигар. Вдруг какая-то непонятная сила побудила его оглянуться в сторону окон. Драпри среднего окна было раздвинуто, и край шторы приподнят. Женщина в синем, с поднятой синей вуалью, с широко открытыми глазами, выражающими ужас, смотрела на него. Она точно застыла в нише окна. Синее привидение оказалось Анной Шалимовой, которая вошла в кабинет через потайную дверь-окно, выходящую на террасу.

Анна навела на него небольшой револьвер.

Сорокин залез под одеяло и под ним стал одеваться.

— Сударыня, перестанем играть в привидения. Зачем вы пожаловали сюда?

— А вы зачем здесь, подлый репортер и сыщик?

— Сударыня, если вы будете так выражаться, то…

— Я вас пристрелю, как собаку, и никто не будет знать.

— Ну, вы этого не сделаете, уже по одному тому, что вы умная женщина и прекрасно понимаете, что третий выстрел для вас безнаказанно не пройдет. Отвернитесь, пожалуйста, в сторону, а то я встать не могу.

Сорокин быстро вскочил и одел пиджак.

— Теперь я к вашим услугам. И прежде всего я попрошу отдать мне эту игрушку, или спрячьте ее. Вы очень предусмотрительны и приехали сюда ночью, чтобы посоветоваться с Феклой. Что, разве я не угадал?

Анна застонала.

Она выбежала на террасу и скрылась в парке.

IV

Прошло три дня после этой ночи. Все эти дни Сорокин хворал, не выходил из дому. Вечером по телефону к нему позвонила Елена и просила приехать. Сорокин приехал и заметил в ней большую перемену. Глаза впали и лихорадочно горели, лицо осунулось и побледнело.

— У нас произошло несчастье.

Она опустилась в кресло и задумалась. Ее взор был глубокий, сосредоточенный.

— Значит, никому нельзя верить. А как я верила Замши-ну. Что ж, будем знать.

Она подняла вверх брови и словно бросила кому-то вызов.

— Да, я вам благодарна. Вы открыли мне глаза на действительность. От Анны я получила вечером письмо, и было поздно спасти ее. Мне все же жаль ее. Но как я ошиблась в брате! Мне казалось, что он виновен в смерти того человека, память которого теперь ненавистна для меня.