Читаем Синдром защитника полностью

На Ориваль известие о прибытии Ордена встретили с холодным пренебрежением. Отработанная годами схема проста: отступники находили спасение в бункере на нулевом уровне. Вместе с ними прятались дети без чип-контроллера и псионовой зависимости. В тайных лабиринтах отсиживались разыскиваемые инквизицией агенты, а в закрытом доке готовились к экстренному вылету быстроходные каравеллы. Лиса понимала, что один эсминец Ордена с карательным отрядом, горсткой инквизиторов и каким-нибудь дряхлым магистром – таракан под ботинком Ориваль. Но стоит его раздавить, как сползутся десятки, и тогда конец всем великим свершениям и планам. Тем не менее, от мысли, что где-то на поверхности инквизиторы рыщут в поисках виновных и прямо на центральной площади устраивают кровавое аутодафе, подташнивало.

Щелкнул выключатель, от яркого света Лиса зажмуривалась.

– Выключи, – прошептала она.

– Как скажешь, – ответил Вакарай.

Кабинет снова поглотила темнота. Вакарай сел рядом, прислонившись спиной к стене. Пошарил в кармане, включил фонарь и положил на пол. Луч света скользнул по серому бетону, выхватив хромированные ножки стульев, коробки с документами и танцующие пылинки.

– Тебе страшно? – с этими словами Вакарай подпер фонарь коробкой, чтобы не падал.

– Нет, я давно ничего не боюсь.

– Тогда, почему сидишь в кабинете Полянского, а не в зале с остальными? Еще и в темноте?

В ответ Лиса пожала плечами, наступило неловкое молчание. Пылинки все так же кружились в единственном луче света, рядом слышалось размеренное дыхание Вакарая. Людям свойственно меняться, как в лучшую, так и в худшую сторону. В случае Вакарая Мехди перемены налицо: сила и уверенность чувствовались в голосе, в жестах, во взгляде. Интересно, сколько раз он бывал на допросе и терпел пытки инквизиторов? Ничего об этом не рассказывал. Всегда отвечал одинаково: «Бывало всякое, а жаловаться – мужчине не положено».

– Ты в розыске? – спросила Лиса, решив, что молчать вечно не выйдет.

– Да. Засветился три года назад. Это случилось на Терра-Нова, в Старой Гаванне. Мы с группой провалили задание. Ребята погибли, я попал в казематы Ордена, – начал Вакарай. Его низкий грудной голос не выдавал переживаний, так говорят о чужих историях или о том, что давно отболело. – Мне удалось бежать. На Ориваль вернулся только через три месяца, и знаешь, на что нарвался? Называли предателем, считали завербованным инквизиторским прихвостнем. Отправили на полиграф, потом мариновали в симуляторе и пичкали допросной химией. Мне поверил только Полянский, его дар распознавать ложь спас меня от изгнания. Марк дал второй шанс. С тех пор изо дня в день доказываю делом, что на что-то гожусь.

После слов Вакарая собственная история и проверка Полянским показались Лисе пустыми. Дядя всего лишь задавал неудобные вопросы, а она имела наглость соврать.

– Вакарай, ты один из лучших командиров Сопротивления, я поражена твоей выдержкой и горжусь, что ты мой наставник.

– Я рассказал об этом не для того, чтобы впечатлить, – усмехнулся он, погладив пальцами бороду, глаза сверкнули. – Ты стажер и должна понимать, что ошибки неизбежны. Лиса, я не знаю, что творилось в твоей жизни все это время, но догадываюсь: тебе пришлось нелегко. Знай, если оступишься, всегда есть возможность все изменить.

Лиса смотрела на кружащие в луче света пылинки, ей вдруг сделалось холодно. Вакарай действительно рассказал об этом неспроста. Он знает о ее маленькой лжи, ему сказал дядя Марк. Кожей Лиса чувствовала пытливый взгляд карих глаз и продолжала смотреть на луч фонаря.

– Инквизиторы ищут меня, так ведь? Это я привела их на Ориваль. Это моя ошибка.

– Не кори себя. Ты просто запуталась, – Вакарай поднял с пола фонарик и направил точно Лисе на грудь; туда, где в вырезе расстегнутой куртки виднелась надпись «ZEUS». – Лиса, запомни: не доверяй чужакам. Твоя семья – Ориваль, в семье предателей нет, делай выводы.

Тяжелый вздох вырвался из груди, голова раскалывалась. С горечью Лиса осознала, что догадки подтвердились, инквизиторы пришли за ней. Откуда они знают? Ответ напрашивался сам собою. Рэйн Аллерт. Хотелось выкрикнуть ругательство, а за ним еще и еще. И так до тех пор, пока слова не обратятся проклятьем и не рухнут на голову наемника тяжелой наковальней.

Из оцепенения вывело прикосновение – Вакарай взял ее за руку. Лиса попыталась аккуратно высвободить ладонь, но теплые пальцы крепко сжимали.

– Тебе нечего бояться, – сказал агент, так и не отпустив ее руки. – Не здесь, и не со мной. У каждого есть право на ошибку. Я тебе помогу. Все сделаю ради твоей безопасности.

Будто в подтверждение сказанного фонарь мигнул и погас. Намек Вакарая оказался более чем прозрачным, Лиса растерялась. Что сказать? И нужны ли слова?

Тишину нарушил сигнал хэндкома. Вакарай щелкнул пальцем по браслету и прочел сообщение:

– Хорошие новости. Инквизиторы ушли ни с чем. Обшарили каждый сантиметр станции, просканировали и опросили жителей, но… Сама понимаешь. Теперь можем идти.