– Уйти? – проговорил Макбрайд. – Нас пытаются убить. Как, черт возьми…

– Кто пытается вас убить?

Льюис вопросительно взглянул на спутницу. Та пожала плечами, и он признался:

– Точно не знаю.

Хозяин дома вздохнул.

– Институт входил в число каналов финансирования, – сказал он. – Крейн пользовался полным доверием как хороший друг Управления.

– Выходит, он тоже имел какое-то отношение к Программе? – предположила Эйдриен.

– И не только. Кальвин Крейн владел капиталом и обладал связями с влиятельными людьми по всему свету. А кроме того, он считался разумным и мыслящим человеком. – Шапиро заколебался, нахмурился. – То, что ему пришлось умереть так, как вы сказали, действительно трагично. – Помедлив, он добавил: – И в этом есть своя ирония.

– Ирония? – удивилась Эйдриен.

Шапиро кивнул.

– Змея укусила себя за хвост. Крейн хотел создать в системе ЦРУ организацию наемных убийц, но не получил поддержки.

Гостья покачала головой – быстрое движение слева направо, которое можно было истолковать как «Невероятно!».

– Как вы это назвали?

– Организация наемников.

– А в ваших устах это прозвучало, словно «служба коммунальных услуг».

Шапиро вяло улыбнулся:

– Они стремились выявлять и устранять людей, представлявших угрозу спокойствию в мире. Организация защищала бы либеральную демократию или «Американский образ жизни» – я не помню точно, да Крейн и не уточнял ее задачи. Он лишь собирал круг приближенных, чтобы создать особую структуру внутри Управления – такую, которая бы узаконила убийство в качестве инструмента государства.

– Так вы хотите сказать, что ЦРУ не занималось устранением людей? – поинтересовался Макбрайд. – А как же тогда убийцы с «контролируемым поведением», о которых вы рассказывали?

Шапиро покачал головой:

– Это разные вещи. Программа под моим руководством представляла собой смелый исследовательский проект – широкомасштабный и засекреченный. Конечно, его неотъемлемой частью была и оперативная деятельность. Но мы не занимались устранением нежелательных людей.

– А как насчет Кастро? – смело предположил Льюис.

– Я понимаю, что вы хотите сказать, – согласился Шапиро. – Это самодеятельность, а вовсе не то, что замышлял Крейн. Более того, попытки оказались неудачными.

Макбрайд наклонил голову.

– А вам не кажется странным, что так много «тихо помешанных» с успехом устраняли политических лидеров, в то время как ЦРУ, располагающее огромными ресурсами, проваливало каждую известную нам попытку?

Хозяин дома взглянул на часы, поднялся, давая понять, что разговор подошел к концу, и начал убирать со стола посуду.

– Что ж, – вздохнул Шапиро, – все это очень интересно. Однако вокруг темно, а вам далеко идти.

Льюис понял намек, встал и помог подняться своей спутнице.

– Вообще-то, – уточнила она, – мы остановились в «Хиллтоп-Хаус» – отсюда рукой подать.

Шапиро покачал головой.

– Я не это имел в виду, – туманно пояснил он. – Вам предстоит долгий путь в темноте.

Проводив гостей к выходу, Шапиро открыл дверь и ненадолго задержался.

– Пристегните ремни, – сказал старик и исчез за закрывшейся дверью.

Глава 36

Дорога на «Хиллтоп-Хаус» казалась тихой и печальной, окрестности – прекрасными. Река Шенандоа мерцала в свете луны, и спутники, не говоря ни слова, думали об одном: «Все, прикоснувшиеся к этой тайне, погибли: Никки, Бонилла, Шоу».

Макбрайд рулил одной рукой, небрежно закинув другую на спинку пассажирского сиденья. От этого Эйдриен чувствовала себя в напряжении – беспокоилась, как бы ему не вздумалось обнять ее.

Автомобиль мчался по сельской местности, на фоне звездного неба чернели силуэты лесистых гор.

Рассеянный свет фар показался в зеркале заднего обзора, и у Макбрайда по спине побежали мурашки. Однако машина пронеслась мимо, и они снова остались одни на дороге.

– Я подумал, – заговорил Макбрайд, – что тебе неплохо куда-нибудь уехать.

– Куда, например?

– На Луну, если достанешь билет. А если нет – куда угодно. Главное – затаиться.

Эйдриен задумалась. И правда, ехать ей некуда. Подвальный бункер на Ламонт-стрит исключается. Работы у нее больше нет. А после смерти Бониллы и Шоу она не хотела ввязывать в свои дела друзей.

– Я хочу выяснить, что случилось с Никки, – возразила девушка. – А кроме того, я нужна тебе.

– Да? – Макбрайд взглянул на нее: мир внутри машины представлял собой игру контрастов – света и тени, черного и белого. Лунный свет обрисовывал изящный профиль Эйдриен.

– Ага, – подтвердила она. – Тебе нужна машина, а она оформлена на меня.

Макбрайд пожал плечами:

– Ладно, разрешаю остаться.

– Тебя несложно уломать.

Льюис хмыкнул и подумал: «А ведь я запросто мог бы обнять ее». В тот же миг в поле зрения показался «Хиллтоп-Хаус», и момент ушел.

Но не забылся.