Читаем Синдикат-2. ГПУ против Савинкова полностью

По истечении 72-х часов, согласно требованиям Уголовно-процессуального кодекса, в Военной коллегии Верховного суда СССР началось слушание по делу. Был определен состав суда: председатель — Ульрих, члены суда — Камерон и Кушнирюк.

27 августа Ульрих объявляет утреннее заседание ВК ВС СССР открытым.

«Председатель. — Ваша фамилия Савинков?

Савинков. — Да, Савинков, Борис Викторович.

Председатель. — Вы прибыли в Россию под фамилией Степанова, Виктора Ивановича?

Савинков. — Да.

Председатель. — Возраст?

Савинков. — 45 лет.

Председатель. — Социальное положение.

Савинков. — Я сын судьи в Варшаве.

Председатель. — Образовательный ценз?

Савинков. — Я был исключен из Петроградского университета за политические преступления.

Председатель. — В дореволюционное время сколько лет состояли в партии с.-р.?

Савинков. — 14 лет.

Председатель. — В данное время считаете ли себя членом какой-нибудь политической организации или партии?

Савинков. — Да, я принадлежал к «Союзу защиты родины и свободы».

Председатель. — Ав данную минуту?

Савинков. — В данную минуту я не принадлежу ни к какой партии.

Далее на вопросы председателя, Б.В. Савинков заявляет, что копию обвинительного заключения он получил, имеет ее при себе, отвода против состава суда и ходатайства о вызове свидетелей или приобщения документов не имеет.

После оглашения обвинительного заключения продолжается опрос подсудимого.

Председатель. — Признаете ли себя виновным в том, что, начиная с октября 1917 г. до ареста в августе 1924 г., вы вели непрерывную вооруженную борьбу против советской власти, участвуя в качестве руководителя вооруженных отрядов и создавая контрреволюционные организации, имевшие целью свержение советской власти путем вооруженной борьбы, а также путем провокаторской, шпионской, бандитской и террористической деятельности?

Савинков. — Да, я признаю себя виновным в том, что вел против советской власти вооруженную борьбу.

Председатель. — Признаете себя виновным за весь период?

Савинков. — До весны 1923 года.

Председатель. — Признаете себя виновным, что в конце 1917 года совместно с генералами Калединым, Корниловым и Алексеевым участвовали в организации добровольческой армии, ставившей себе задачи продолжения войны с Германией и свержения советской власти?

Савинков. — Да, признаю себя виновным.

Председатель. — Признаете ли, что в конце 1918 г. и в начале 1919 г., состоя за границей представителем Колчака и других, вели переговоры с иностранными государствами по оказанию помощи белым армиям?

Савинков. — Да, это тоже правда.

Председатель. — Признаете ли себя виновным в том, что весной 1918 г. вы организовали «Союз защиты родины и свободы» совместно с монархистами Перхуровым и генерал-лейтенантом Рычкуновым и, получив деньги и директивы от французского посла Нуланса и чехословаков, подняли восстания в Рыбинске, Ярославле и Муроме, чем непосредственно способствовали чехословацкому мятежу, созданию новых вооруженных сил армии Учредительного собрания и организации контрреволюционных правительств в Самаре и Уфе?

Савинков. — Да, я, конечно, этим занимался, но никогда не было, чтобы я посылал когда-нибудь заведомо бандитские организации в Россию. То, что происходило, было помимо моей воли. Я об этом, с вашего разрешения, буду говорить потом.

Председатель. — Во время вашей деятельности в качестве председателя всероссийского комитета «Союза защиты родины и свободы» в период с 1921 г. по 1923 г. вы работали в полном контакте и при материальной поддержке представителей польского генерального штаба и французской военной миссии в Варшаве?

Савинков. — Да, это правда.

Председатель. — Признаете ли вы себя виновным, что в тот же период времени вы также пользовались материальной поддержкой от представителей других иностранных государств, в частности Чехословакии и Англии?

Савинков. — В этот период времени ни Англия, ни Чехословакия мне не помогали. Англия вообще никогда не помогала, а чехи помогали в 1918 году и потом оказывали помощь на поддержание существования различных членов организации, которые оставались за границей.

Председатель. — Вы не отрицаете, что в 1923 году вы обращались за материальной помощью к Муссолини?

Савинков. — Да, это правда.

Председатель. — Получили материальную помощь?

Савинков. — Нет, не получил.

Председатель. — И затем последний вопрос: за этот же период времени вы устно и письменно пропагандировали и агитировали в Западной Европе о необходимости продолжения вооруженной борьбы с Советской Россией путем интервенции, блокады и т. п.?

Савинков. — В общем, конечно, это правда, но разрешите сделать маленькое примечание: относительно интервенции я говорил в 1918–1919 гг., позже я этого совершенно не защищал, придя к полному убеждению, что интервенция может принести только вред русскому народу.

После 10-минутного перерыва заседание возобновляется с опроса подсудимого о его деятельности в период Октябрьской революции.

Председатель. — Где вы были в момент Октябрьского переворота?