Читаем Символы распада полностью

— Мне оставалось только изучить личные дела сотрудников Центра и сделать некоторые выводы. Десятого июня академик Добровольский весь день провел в третьей лаборатории. Он не выходил оттуда, значит, его я сразу отбросил. Преступление мог спланировать только человек, имевший доступ к магнитным карточкам-ключам, открывающим хранилище. Он должен был гарантировать Глинштейну и Суровцеву получение магнитных карточек и кода для открытия дверей, иначе бы все сорвалось. У Шарифова такой взможности не было. Кроме академика Добровольского, это могли быть только три человека — Кудрявцев, Сырцов и Волнов.

Все почему-то посмотрели на Кудрявцева. Тот опять смутился, тронул галстук, поправил очки и немного нервно спросил:

— И что из этого следует?

— Сейчас объясню, — кивнул Дронго. — Только три человека, если не считать самого Добровольского, могли оказаться организаторами этого преступления. Я проверил список, который мне дали. Ни один из руководителей Центра, даже Шарифов, не смог бы одновременно обеспечить получение карточек-ключей, получение кода для прохода в хранилище, замену пленки в видеокамере и, наконец, беспрепятственный выезд машины с радиоактивными отходами! Значит, это могли быть только эти трое. Я пошел дальше — проверил, кто именно несколько раз появлялся на проходной десятого июня, и выяснилось, что Сырцов вообще никуда не выходил в этот день. Но трижды выходили Кудрявцев и Волнов.

На этот раз все посмотрели на подполковника Волнова, но тот сидел спокойный, словно ничего особенного не происходило.

— Наконец, самое важное, — продолжал Дронго. — Я понимал, что появление Финкеля и Архипова в составе комиссии — это та неожиданность, которую убийца не мог предусмотреть. Но еще я понимал и другое. Организатор этого преступления обязательно должен был находиться в Москве именно в мае, когда произошло убийство Сиротина и его супруги. И снова совпадение. В мае уходил в отпуск только заместитель директора института Кудрявцев.

Земсков, уже не сдерживаясь, мрачно посмотрел на исполняющего обязанности директора института. Кудрявцев опустил голову, уставившись на свои дорогие туфли, снова нервно поправил галстук и почему-то сильно покраснел.

— Однако мне удалось выяснить, что примерно в эти же дни в командировке в Москве находился и Волнов. Но он пробыл там всего несколько дней.

Дронго замер, остановившись около стола, за которым сидели два генерала, и, глядя на них, произнес:

— Убийца, наносивший удары Мукашевичу, очень торопился. Он бил очень сильно, стараясь нанести свои удары как можно точнее и быстрее. Экспертиза подтвердит, что это мог сделать только очень сильный физически человек.

— Вы ведь занимались боксом? — закричал Земсков, вскочив со своего места и глядя на Кудрявцева. Тот поднял голову, растерянно снял очки и хотел что-то ответить, но его опередил Дронго.

— Вы правильно подумали, генерал. Вы решили, что это мог сделать только Кудрявцев. Да еще подмененная пленка, ведь для того, чтобы изменить программу компьютера, нужны как минимум некоторые знания. Но у меня еще есть самое убедительное доказательство, генерал.

С этими словами Дронго шагнул к Кудрявцеву и почти выхватил у него из рук очки. Кудрявцев даже не пытался протестовать.

— Какие у вас очки?

— Минус пять, — выдавил Кудрявцев. — Неужели это тоже ставится мне в вину?

— Нет. Возьмите, — вернул ему очки Дронго. — В день убийства молодых ученых, генерал, лил сильный дождь, и человек с таким зрением, как у Кудрявцева, просто не сумел бы прострелить шину с большого расстояния. Но зато это мог сделать другой человек, тот, кто был мастером спорта по пятиборью и стреляет профессионально, — и Дронго эффектным жестом указал на подполковника Волнова.

Тот начал медленно подниматься.

— У вас техническое образование, подполковник, и вы хорошо разбираетесь в компьютерах, — продолжал Дронго, — кроме того, лучше вас никто в Центре не стреляет, а вам нужно было попасть в колесо автомобиля с довольно большого расстояния. И наконец, вы были в мае в Москве, и вы дежурили десятого июня на воротах. Стольких совпадений просто так не бывает.

— Вы с ума сошли, — Волнов побледнел.

— Нет. На пуговицах одежды убитого найдены ваши отпечатки пальцев. Об этом мне только что сказал прокурор Миткин, он… — Дронго не договорил, потому что Волнов ринулся к нему

— Сукин сын! — кричал он в бешенстве. — Будь ты проклят!

Ильин и Левитин не успели перехватить его.

Сырцов бросился за ним. Дронго подождал, пока подполковник достигнет пределов досягаемости его кулака и нанес правой рукой сильный удар ему в лицо. Тот покачнулся, и в этот момент его схватили.

— Будь ты проклят! — орал Волнов. — Будь ты проклят!..

— Сдать оружие! — закричал подскочивший к нему Сырцов! — Ты арестован!

— Вот и все, — Дронго повернулся к Земскову. — Вот он и был главным организатором этого хищения и убийцей всех троих сотрудников Центра. Я думаю, он был и организатором убийств в Москве.