Читаем Сила клятвы (СИ) полностью

— Отведите пленников в трюм и не спускайте с них глаз. Вы заслужили обещанную награду и получите её в Гибритаре.

С этими словами он повернулся спиной к белому лису и пошёл на ют, чтобы спуститься в кают-компанию. Он уже подошёл к лестнице, как вдруг его остановил граф Лерма.

— Господин Ван Кульд, вы твёрдо решили повесить белого лиса? — спросил строго граф.

— Да, — решительно ответил старик. — Он — флибустьер и враг Империи Персеваля. Вместе с Оласом он взял штурмом Кайбо и должен погибнуть.

— Он отважный дворянин, господин герцог.

— Какое это имеет значение?

— Жаль посылать на виселицу таких благородных зверей.

— Это наш враг, граф Лерма.

— И всё же следует пощадить его.

— Почему?

— Вам известно, что ходят слухи, будто ваша дочь попала в плен к флибустьерам с Такаригуа?

— Это правда, — согласился со вздохом старик. — Однако у нас нет ещё подтверждения, что корабль, на котором она плыла, подвергся разграблению.

— А если слухи оказались бы верными?

Старик бросил на графа тревожный взгляд.

— Вам что-нибудь стало известно? — спросил он в сильном волнении.

— Нет, господин герцог. Я просто подумал, что если ваша дочь действительно попала в лапы флибустьеров, то её можно было обменять на Деона белого.

— Нет, сеньор, — ответил решительно пёс. — За огромную сумму я в любом случаи смогу выкупить свою дочь, да и то если её узнали, в чём я сомневаюсь, ибо при отъезде были приняты все предосторожности, чтобы скрыть её истинное происхождение. Если же я освобожу белого лиса, то мне всё время придётся опасаться за свою жизнь. Непрерывная борьба с ним и его братьями подорвала мои силы, и теперь пришло время положить ей конец… Прикажите вашим зверям подняться на корабль, поднять паруса и взять курс на Гибритар.

Не ответив Ван Кульду, граф Лерма поклонился и отправился на бак. Тем временем стали прибывать шлюпки с солдатами, принимавшими участие в штурме высоты. Когда последний их них взошёл на корабль, граф приказал поставить паруса, но, прежде чем сняться с якоря, помедлил несколько часов. Герцогу же, выходившему из себя от нетерпения, он сообщил, что полакр сел на мель и надо ждать прилива, чтобы продолжить путь.

Только к четырём часам пополудни корабль смог покинуть стоянку. Покрейсировав вдоль побережья острова, полакр развернулся так, что очутился возле самого устья. Здесь ему пришлось лечь в дрейф в трёх милях от берега.

Почти полное безветрие царило в этой части огромного озера, чему в немалой степени способствовало то, что берег огромной дугой далеко уходил в море.

Поднявшись на палубу, Ван Кульд приказал оттолкнуть полакр от берега или, по крайней мере, отбуксировать его с помощью шлюпок, но так ничего и не добился. Ему было заявлено, что экипаж сильно устал и что на мелях трудно лавировать.

К семи вечера задул наконец лёгкий ветерок, и парусник пришёл в движение, но и на этот раз он не ушёл далеко от берега.

Поужинав с губернатором, хозяин корабля встал за штурвал рядом с лоцманом, богато одетым благородным оленем с ветвистыми рогами, и заговорил с ним вполголоса. Казалось, он обстоятельно объясняет ему, как маневрировать ночью, чтобы не оказаться на мели, простиравшейся в устье до самой Розо-Сарти, небольшой деревушкой, находившийся в нескольких часах пути от Гибритара.

Эти таинственные переговоры продолжались до десяти вечера, то есть вплоть до того, как губернатор удалился к себе в каюту на отдых; тогда сервал оставил штурвал и, воспользовавшись темнотой, пошёл на ют, а оттуда незаметно для экипажа спустился в трюм.

Он прошёл в кормовую часть, следя в темноте за зверями, которые, казалось, мирно спали.

— Кабальеро! — позвал он вполголоса.

Один из лежавших в трюме поднялся, несмотря на связанные за спиной лапы.

— Что вам от меня нужно? — спросил он раздражённо.

— Это я, синьор. Граф Лерма.

— Ах, это вы, — сказал белый лис, стараясь в потёмках разглядеть зверя перед собой. — Уж не хотите ли вы составить мне компанию?

— Нет, кабальеро, я хочу другого, — ответил сервал.

— А именно?

— Я хочу уплатить вам свой долг.

— Не понимаю.

— Чёртов хвост! — воскликнул, улыбаясь, граф Лерма. — Разве вы забыли весёлое приключение в доме нотариуса?

— Нет, граф.

— Тогда вы, наверное, помните, что в тот день пощадили мою жизнь.

— Да, это так.

— Я пришёл, чтобы сдержать данное вам слово; не моя, ваша жизнь в опасности, — значит, я обязан оказать вам услугу, которую вы наверняка оцените.

— Что вы имеете в виду, граф?

— Я хочу спасти вас!

— Спасти меня? — изумился белый лис. — Вы забыли о губернаторе?

— Он спит, кабальеро.

— Но завтра проснётся.

— Ну и что же? — Невозмутимо спросил сервал.

— Он велит бросить вас в темницу, а потом повесит вместо меня. Вы подумали об этом? Вам известно, что с Кульдом шутки плохи?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза