Читаем Сила есть Право полностью

Затем, достигнув лакированных и сочащихся гноем фасадов ваших высших моральных догм, я пишу на них буквами пылающего презрения: "Взгляните сюда, всё это ложь"!

Я отрицаю все вещи! Я спрашиваю со всех вещей!

И всё же! И всё же! -

— Соберитесь вокруг меня, о, вы, неповинующиеся смерти, и вся земля будет вашей, владейте ей и храните её.

Что есть ваши "цивилизация и прогресс", если их единственный результат — истерия и деградация?

Что есть "государство и закон", если их урожай — человек, лишённый жизненных сил?

Что есть "религия и литература", если их величайший продукт — толпы верующих рабов?

Что есть "эволюция и культура", если их красивый, но гнилой плод — презренная раса существ, чьи кости тронуты тленом?

Как получается, что "признанные авторитеты" не задают вопросов относительно существующих "моральных кодексов", по которым наша когда-то сильная Северная раса медленно и верно разрушает своё сердце в мирном бездействии и изнурительном гниении?

Стандартные "моральные принципы" деспотично подаются их ортодоксальными апологетами как однажды созданная и неизменная данность, и подвергать сомнению божественную правоту этих «принципов» есть измена и святотатство. Когда величайшие мыслители расы не способны или же боятся огласить свой манифест или логические заключения, едва ли стоит удивляться тому, что средние люди также не желают рисковать "жизнью, судьбой и священной честью", чтобы опрокинуть популярные концепции "правильного и неправильного", которые, как им известно из их горького жизненного опыта, являются неосуществимыми фальшивками. И хотя обычный человек чувствует сердцем, что почти все политические и религиозные установки — действующий обман, с какой осторожностью он избегает любой открытой констатации соперничающих теорий! У него нет храбрости для такого убеждения. Он боится открыто высказать то, о чём тайно думает. Иными словами, он живёт в положении подчинённости, вассалитета. Он позволяет своему разуму быть подчинённым и удерживаться в рабстве разумом другого. С самого детства он был преднамеренно подвергнут продолжительному внешнему давлению, направленному в основном на принуждение его сознания строго следовать уже созданным взглядам морального, политического и религиозного «долга». Ему не было дано ни одного мига истинной ментальной свободы. Он впитал с молоком матери лживые убеждения. Он прислушивается к самой отвратительной лжи, прославляемой в его присутствии как благородная истина. Он слушает фальшивые песни высокопарного хора. Он слышит их, звучащие из серебряных и золотых горнов. Он слышит их, произносимые нараспев скоплениями верующих, среди раскатов священной музыки и торжественного грохота молитвенных песнопений. И таким образом его разум стерилизуется властью до того, как получает шанс повзрослеть. Потому молодёжь ментально кастрирована, и потом её естественная жизненная энергия изнуряется ярмом традиций — ярмом рабства. В детском саду, в школе, в колледже пластичная мякоть мозга намеренно помещается в заранее заготовленную форму. Всё, что так или иначе может сделать развращённая цивилизация, нацелено на направление развивающегося интеллекта в неестественные русла. Потому огромное число людей, населяющих сегодня землю, не имеют никакой инициативы, никакой оригинальности и независимости мысли, вот они и остаются самыми обычными подчинёнными личностями, которые никогда не вносили ни малейшего вклада в создание тех идеалов, которые они формально почитают.

Но если средний человек не принимал никакого участия в формировании моральных кодексов и законов, то почему он подчиняется им с собачьей покорностью? Он научен послушанию, прямо как бык, впряжённый в ярмо своего хозяина. Он рождён рабом и воспитан с самого детства, чтобы быть ведомым другими.

Китайцы намеренно уродуют ноги своих детей, бинтуя их шёлковыми лентами и замыкая на них металлические скобы. Христианская цивилизация разрушает и заключает в скобы умы своей молодёжи при помощи лживой философии, искусственных моральных кодексов и политических кредо. Разрушительные субтеории о добре и зле систематически вводятся в нашу естественную литературу, и постепенно, не встречая серьёзных препятствий, кристаллизуются в законченные железные формулы, несокрушимые конституции, дарящие обманчивые надежды евангелистские проповеди и прочие смертельные эпидемии.

Современные "властители дум" в подавляющем большинстве желают оригинальности и славы. Но их мудрость есть глупость, их лекарства есть яд. Они бездумно провозглашают, что направляют судьбы наций, когда в реальности они ничто, лишь мусор и грязная накипь, беспрепятственно скользящая по тёмному потоку декаданса.

"Итак, все люди на земле беспомощны, потому что ведущие их — слепы".[25]