Читаем Сияющие полностью

Вот только чистым оставаться так трудно. Это совсем другое. Здесь даже искать не нужно – от судьбы не уйдешь. Наркота найдет тебя где угодно, даже в Гринсборо.

Вмазаться напоследок, в память о прошлом. Мэл сдает сдачу мистеру Хансену, полуслепому старикану, который уже плохо различает цифры. Обсчитать его – раз плюнуть.

– Малкольм, я уверен, что давал тебе пятьдесят.

– Нет, сэр, – убеждает Мэл с искренним участием. – Двадцать. Хотите, по кассе проверим?

Ничего сложного. Старые привычки питают всходы новых. И вот ты уже возвращаешься в Чикаго ближайшим междугородним автобусом. Все сомнения позади, банкнота в пять тысяч долларов в кармане.

Два года назад он носил ее в ломбард и навел справки. Человек за прилавком сказал, что она из «Монополии» и ценности не имеет, однако предложил за нее двадцать баксов («стоимость новинки»). Значит, ценность она все-таки имела, и притом немалую.

Конечно, теперь, когда он возвращается в Энглвуд, в кармане ни цента, слышит мальчишек, предлагающих «Красных пауков» и «Желтые капсулы», перспектива в двадцать баксов очень, ну очень привлекает. Остаться без дозы не очень хорошо, но еще хуже дать себя развести как последнего лоха. Уж мужику из ломбарда он такого удовольствия не доставит!

Пара недель уходит на то, чтобы по возвращении осмотреться и обустроиться. Мэл находит своего приятеля, Рэддисона, взыскивает с него долги и расставляет филеров следить за мистером Шансом.

Время от времени получает различные сведения от местных наркош, которые знают о его интересе и не прочь подзаработать продажей разведданных. Тут Мэлу приходится держать ухо востро. Прежде чем раскошелиться, он устраивает разведчикам экзамен, чтобы убедиться, что они не занимаются сочинительством. Нужно знать, на какой манер мужик прихрамывает, с какой стороны держит костыль и как выглядит. Если за этим следует описание металлического костыля, он понимает, что ему врут. И вот тут самое главное – не дать понять, на чем именно они прокалываются. Учи ученого!

В основном он наблюдает за домом. Кажется, уже вычислил, который именно. Точно знает – там что-то есть, несмотря на то что эти развалюхи давно разграблены снизу доверху. Тот парень, судя по всему, опытный и нычку свою замаскировал тщательно. Скорее всего, под полом или в стене. Интересно, что там у него: наркотики, деньги?

Как и чувство вины, жадность на многое может сподвигнуть людей. Вот он и устраивается в доме напротив. Притаскивает старый матрац и обязательно на ночь вводит приличную дозу, иначе не может уснуть из-за того, что кусаются крысы.

В один дождливый день он видит, что мужик выходит. Да, точно! Неловко спускается со ступеней, сегодня без костыля, и одет как всегда. Чудно! Быстро смотрит по сторонам, как при переходе улицы: налево, направо и снова налево. Думает, что его никто не видит, но Мэл по-прежнему в своем укрытии. Он поджидал его в течение нескольких месяцев. Придет время, придет…

Как только объект заворачивает за угол, Мэл покидает прогнившее крысиное гнездо и с рюкзаком за спиной направляется к дому: переходит улицу, поднимается по деревянным расшатанным ступенькам старого крыльца. Дергает ручку двери, но та заперта ключом, так что прибитые крест-накрест доски – лишь видимость. Тогда он перепрыгивает через затянутые против подобных грабителей колючей проволокой перила крыльца и залезает внутрь через разбитое окно.

Да уж… Прямо шоу Дэвида Копперфильда. Или Зазеркалье. Снаружи старый и заброшенный, внутри дом оказывается пещерой Аладдина – богато обставленной и украшенной квартирой. Правда, все какое-то старомодное, будто из музея. Но какая разница, если за это можно хоть что-то выручить. Мысль о том, что само место странное и, может быть, проклятое, он старается гнать от себя. Как и ту, что пятитысячная в кармане может оказаться билетом в один конец. Что не приходит на ум под кайфом…

Мэл начинает запихивать в рюкзак все, что попадается под руку. Подсвечники, столовое серебро, пачку денег с кухонного серванта. Быстро прикидывает в уме: на сколько потянет толстая, словно карточная колода, пачка пятидесяток?

Нужно подумать, как вывезти крупные вещи. В основном все старое, но некоторые предметы наверняка можно выгодно спихнуть, например этот граммофон или кушетку на ножках с когтями. Надо будет перетереть со знающими дилерами антиквариата. И продумать, как вывезти. Ягодка созрела, будем брать!

Он уже собрался посмотреть, что наверху, как раздались шаги у входной двери. Мэл замирает. Хватит на сегодня! И, по правде сказать, пугает его это место.

Кто-то явно стоит у входной двери. Мэл подходит к окну. Сердце трепещет как при хорошей дозе – от страха: вдруг он не сможет отсюда выбраться? Нечистая сила охраняет это место. Святый Боже, благослови добраться до дома!