Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

В тот момент лорд Малфой едва не убил лорда Поттера за то, что тот играл с его сердцем. Но Драко остановил себя и заглянул в глаза Гарри, которые не отрывались от его собственных.

И он увидел там что-то. Он увидел сталь и нечто более твердое, чем сталь. Он увидел волю, не терпящую никаких препятствий и преград. Он увидел твердую, как алмаз, волю, которая вернула Гермиону Грейнджер, и хотя Драко не знал, как, он знал, что это сделал Поттер. Он увидел честь, которая связывала этого мальчика с его путём. Он увидел обещание, которое было сильнее сна, слабости или смерти.

– Ты поможешь?

Палочка Драко была в его руке. Она всё ещё была в руке.

Он был там, и он был жив. Что-то набросилось на него. Одна из этих тварей его терзала. Убивала его. Он не хотел умирать. Он не умрёт. Он не может умереть. Потому что…

Потому что он хочет когда-нибудь снова увидеть своего отца.

А некоторые вещи были сильнее сна или слабости. Или смерти.

– Авада Кедавра! – произнес он. Тварь на его плече исчезла, растворившись во вспышке зеленого света, остановившей смутное беспамятство смерти.

Он снова лёг на камень, задыхаясь.

Мир заволакивали туман и темнота. Драко быстро моргнул.

– Сэр! – раздался голос. – Держитесь, сэр, я здесь!

≡≡≡Ω≡≡≡

Пип увидел, что по грубой черепице крыши на него летит проклятие Кровавых ног. Он подпрыгнул, но приземлился неудачно, одна нога соскользнула, и он лишь чудом смог ухватиться рукой. Беллатриса Блэк рассмеялась.

Грёбаное дежавю.

Казалось, бой шёл уже несколько часов. Часть защитников переместилась на крышу – была идея попытаться уничтожить самых безумных чудовищ массированными залпами Смертельных проклятий, – и в начале даже получалось, но все три ровные тактические формации защитников хаотично рассеялись, как только в бой вступили новые враги. Из какого-то невозможного измерения вырвалась пылающая колесница, запряженная огненными лошадьми, и она принесла безумие:

Десять ведьм и волшебников со знаками на мантиях в виде кулаков и мечей.

Та тощая угрюмая американская ведьма из Вестфальского совета, похожая на паука.

И кровожадная и безумная Беллатриса Блэк.

Пип почувствовал то, что должно быть, чувствуют гриффиндорцы в библиотеке: растерянность и огорчение. У Беллатрисы не было руки и глаза, а она все равно сражалась лучше.

Слева от него мадам Боунс билась с американкой. Это должно было закончиться быстро, но вестфалийке каким-то образом удавалось сдерживать Верховного Чародея, она использовала странные невиданные заклинания и была мрачнее тучи. Мистер Диггори уже был на земле – ему прямо в лицо прилетело заклинание Гниющих Лёгких, и он закашлялся до потери сознания.

Справа от него Шизоглаз Хмури и ещё три аврора сражались с приспешниками Гриндевальда. Стоп, разве у них не было собственного названия? Что-то венгерское и непроизносимое? Неважно. И хотя хороших парней было в два раза меньше, они побеждали. Пип не мог даже уследить за некоторыми действиями Хмури. Он мог бы поклясться, что видел, как в какой-то момент одно из оглушающих проклятий Хмури повернулось в воздухе, прежде чем попасть в цель.

Таким образом Пип и Кваннон остались один на один с Беллатрисой Блэк. Безумие, учитывая, как всё закончилось в прошлый раз. Но делать было нечего, и они приняли бой, а Беллатриса снова смеялась.

Возможно, поможет кто-нибудь из тех, кто в воздухе. Пип знал, что на мётлах оставался один отряд авроров из Америки, а также Шичинин. Конечно, у них были свои враги, но это ведь Беллатриса Блэк.

Кваннон подняла щит, чтобы выиграть им немного времени, но Пип хорошо помнил прошлый бой, и тоже поднял щит. Когда заклинание Пронзающего бура уничтожило барьер Кваннон, летящее следом проклятие, выпущенное неимоверно быстро, разбило щит Пипа, который оказался не таким уж и избыточным. Оба аврора успели броситься в сторону, чтобы избежать Смертельного проклятия, которое обрушилось на них через мгновение.

– Ещё лучше! – со смехом воскликнула Беллатриса, – Куколки танцуют!

– Лаганн! Ступефай! – выкрикнул Пип почти одновременно с криком Кваннон: «Ступефай! Лаганн!».