Теперь, когда история прояснилась, он мог бы позволить передачу сообщений наружу и впустить внутрь несколько представителей и курьеров, но из Тауэра никого бы не выпустил. Странный могущественный волшебник попытался захватить власть, но потерпел неудачу… ладно, допустим, но что если бы странный могущественный волшебник попытался захватить власть и
Даже когда пришло известие, что Министерство атаковано, и что лоботрясы, дежурившие в Хогсмиде, заметили толпу маглов, Грегор стоял на своём. Он делал свою работу. Американцы, русские, корейцы и, кажется, тысяча разгневанных англичан, включая самых влиятельных людей, которых он знал, давили на него, а он делал свою работу.
Это был его звёздный час, и он его долго ждал.
– Сними блокировку, Нимуэ! – прокричала аврор Хидли Кваннон. – Прошло почти тридцать минут! Разве ты не понимаешь,
– Ты что, не знаешь слова
Если ещё окажется, что Пиррип упал с метлы и сломал себе шею, засмотревшись на сопляка Диггори, нашего дорогого начальника, это сделает его день.
– Можете не выпускать их, но вы должны впустить нас! – пробасил один из трёх китайских волшебников, донимавших Грегора последние двадцать минут. Они держались на некотором расстоянии – всё-таки перед ними было пятьдесят авроров Тауэра с палочками в руках, готовых защищаться и нападать.
– Нет, сэр. Извините.
Двое авроров Тауэра обменялись тревожными взглядами, но палочек не опустили. Грегор это заметил и поставил в голове галочку напротив их имён. Ненадёжные.
– Мы дали тебе все коды подтверждения и прошли верификацию Патронусом – все пятеро! – крикнула Кваннон. –
– Я всё ещё имею право решать, – отозвался Грегор, – и я не видел ничего такого, что…
– Всё. Достаточно, Нимуэ, – произнёс новый голос, в котором звучали жёсткие командные нотки. Мадам Боунс. Она была его начальником в ДМП, прежде чем перепрыгнула четыре или пять ступенек и стала президентом Международной конфедерации магов и Верховным Чародеем. – Если Тауэр каким-то образом скомпрометирован, этого уже не доказать и не исправить. Вы снимите блокировку, сейчас же. Умирают невинные люди.
Грегор задумался.
– Ладно, – сказал он. И, прежде чем он успел произнести ещё хоть слово, напряжённые авроры со вздохом опустили свои палочки. Те, кто соображал побыстрее, сразу же пошли к сбившимся в кучу людям, пытавшимся выстроиться в очередь рядом с узким проходом в Тауэр, или направились в Хогвартс.
Грегор повернулся к одному из авроров, отвечающих за сканирование.
– Нужно выяснить, кто может помочь снаружи… – начал было он, но прервался, когда увидел в толпе ведьм и волшебников движение около входа в Тауэр. Они расступались, чтобы освободить проход.
Из Тауэра быстрым шагом вышла Гермиона Грейнджер. Её лицо было напряжено. В одной руке она держала палочку, а вторая выглядела странно розоватой, словно обгорела на солнце.
Грегор знал, что это был его звёздный час. Человек, сломавший однажды его карьеру, теперь вознаградит его за соблюдение правил в ситуации, когда это было труднее всего, когда любой бы сдался.
Он шагнул ей навстречу:
– Мадам Грейнджер, надеюсь, вы…
Богиня даже не заметила, что впереди кто-то есть, целеустремлённо шагая прямо. В последний момент Грегор попытался убраться с её пути, но не успел, и она задела его плечом. Настолько сильно, что он пошатнулся. Он сделал шаг назад, пытаясь восстановить равновесие, но что-то попало ему под ноги, и он неуклюже приземлился на зад.
Никто не обратил на это внимания – в суматохе и напряжении, – кроме нескольких человек рядом с ним (включая басовитого китайского аврора, который и выставил ногу позади Грегора).