Читаем Significant Digits - Значащие цифры полностью

За спиной мальчика стояла кучка других учеников, и Саламандера не оставляло чувство, что он видит лишь маленькую часть запутанной истории, кусочек сложной картины.

– Браво, – прошептала профессор Синистра.

– Хорошо сказано, юноша, – неохотно признал Саламандер. – Что ж, нам нужно удержать позиции. Нужно простоять, пока не придёт помощь. Вы можете помочь. Как тебя зовут?

– Лоуренс, – сказал мальчик, вздёрнув подбородок.

Саламандер услышал за спиной нарастающий гул. Маглы приближались. Профессоры и авроры занимали позиции, многие садились на мётлы. Часть занялась учениками: их выстраивали в последних рядах и давали строгие инструкции. Саламандер почувствовал, как внутри всё напряглось, и повернулся обратно. Он снова посмотрел на Лоуренса, которого уже отводил в сторону профессор Слизнорт, и ему в глаза бросились нашивки на его мантии. Зелёные.

– Ты слизеринец?

– Да, сэр, – ответил Лоуренс, повернувшись к аврору, и в тот момент страх полностью исчез с его лица и из голоса. – Серебряный слизеринец.

– Они на подходе! – прокричала Нгуен, быстро поднимаясь в воздух слева от Саламандера. – Никомидиус, на позиции!

Саламандер отбросил своё удивление и собрался.

К тому моменту, как маглы показались у подножия холма, боевое построение было сформировано. За первым слоем щитов и защитных чар располагались статуи в доспехах с собственным оружием или тем, что удалось для них трансфигурировать. По воздуху навстречу врагу уже неслась группа авроров и профессоров на мётлах, в том числе Нгуен. Их задачей было атаковать с тыла и нанести как можно больше урона, чтобы вывести нападающих из строя или хотя бы замедлить. Остальные защитники разделились на группы по трое и выстроились перед зигзагообразной лестницей, ведущей к главным воротам замка. Возвращённые сформировали отдельный воздушный отряд и держались плотной группой в стороне от главной боевой линии. Учеников расположили на лестнице, под частичным укрытием – на позиции, откуда они могли бы наносить урон, не слишком подвергаясь риску.

Передний фронт маглов разбился о ловушки, расставленные на пути к замку. Они не шли бездумно вперёд, а действовали с осторожностью, но так целеустремлённо, словно это были не люди, а муравьи: когда кучка маглов попадала в волчью яму, их соседи продолжали идти вперёд, даже не обернувшись. Они всё шли и шли. Некоторым удавалось сделать один-два выстрела, когда маги на мётлах оставляли участок, не накрытый заклинанием тушения огня, но даже эти редкие выстрелы попадали в щиты.

Когда поредевшая толпа маглов приблизилась, ведьмы и волшебники начали создавать заграждения из огня и острых как бритвы кристаллов и другие барьеры. Маглы продолжали идти вперёд, но их продвижение было медленным и стоило огромных потерь. Упавших затаптывали. Ценой каждого дюйма были десятки жизней.

Саламандер бросал проклятие за проклятием, и чувствовал, как его тошнит. Это было не сражение, а мясорубка.

Вдруг Возвращённые резко подались вправо, словно по какому-то сигналу, и начали двигаться вдоль склона в сторону Запретного леса. Большая часть маглов их проигнорировала, хотя эти фанатики с пустыми глазами продолжали на лету осыпать их проклятиями. Они открыли второй фронт, достаточно далеко от лестницы, чтобы враг был вынужден или разделиться, или игнорировать их, подставляя фланги под атаки. Молот или наковальня.

Маглы выбрали второе, возможно, решив, что бессмысленно отправлять часть человеческой массы на атаку сверхмобильных Возвращённых. А может, так решил скрывающийся где-то волшебник, который ими управлял. А может, они просто обезумели и не были способны мыслить в рамках тактики. Что бы ни было причиной, маглы продолжали наступать.

Прошло не так много времени – на самом деле, чертовски мало – прежде чем они добрались до первого слоя защитных чар. Десять пар кулаков начали колотить по невидимым барьерам. Потом двадцать. Сорок. Активировались щиты Хогвартса, в нападающих полетели молнии и огненные стрелы, но этого было недостаточно. Хотя маглы массово умирали, на их место приходили новые. Через несколько минут дымящиеся тела оказывали такое давление, что его хватило, чтобы разрушить щиты, которые рассыпались, словно разбитое стекло. Первый щит искривился, испустил алый энергетический всполох, наполнив воздух пузырящейся кровью, и исчез.

Саламандер перестал использовать огонь, который наносил слишком мало урона и плохо сдерживал врага. Вместо этого он принялся размягчать землю, так что маглов затягивало в неожиданно появляющиеся дыры, они тонули в вязкой грязи и увлекали за собой своих товарищей.

Он видел, что Возвращённые начали использовать свои перчатки, поливая маглов фонтанами липкой расползающейся пены. Это работало хорошо, но недолго: после того, как первых маглов впечатало в пену, остальные начали её обходить. Ещё менее эффективными оказались порывы ветра и ядовитый газ: и то, и другое остановило примерно пятьдесят врагов.